Лишенный любви

Комментарии
2011-10-12 в 21:21 

***
В итоге все и впрямь оказалось не так плохо. Я сидел на полу и, обнимая рукой миску, взбивал венчиком какой-то соус, который Кио соорудил за пару минут. Сам Кио непринужденно скользил вдоль стола, нарезая что-то, перемешивая, подбрасывая на сковородке... Он готовил не так как Соби, я это заметил. Если Соби все делал хоть и быстро, но плавно, превращая процесс приготовления пищи в сложный, полный пируэтов и пассов танец, то движения Кио пусть и были столь же стремительными и легкими, но легкость эта была сродни хаотичности. Каждую секунду казалось, что у него что-нибудь выльется, упадет или пережарится, но этого почему-то не происходило.
Совершая за раз несколько действий, он ко всему прочему еще и ухитрялся развлекать меня разговорами. У него вновь нашлась масса забавных историй, которые я может и оценил бы по достоинству, если бы не был настолько обеспокоен и подавлен. А так – я просто угрюмо взбивал соус, натянуто улыбался в нужных местах и сверлил глазами свой мобильный телефон, молча лежащий на холодильнике. Это молчание меня совсем не радовало. Зная, что Кио в этот час наверняка уже придет и разбудит меня, Соби мог бы позвонить.
Перехватив взгляд, в сотый раз брошенный на мобильник, Кио со вздохом поворачивается ко мне, прислоняясь спиной к краю стола.
– Рит-тян, ну хватит уже, быть может? Он ведь сказал, что скоро вернется, какой смысл беспокоиться?
– Для тебя может и никакого, – глухо бурчу, еще быстрее начиная работать венчиком.
Качнув головой, Кио возвращается к своему занятию. Высыпает поджаренные кусочки мяса в латку, сверху укладывает порезанные на кубики овощи и, отобрав у меня миску, выливает соус сверху на получившееся ассорти, так чтобы он едва покрывал его. Ставит латку на огонь и закрывает крышкой, оставив небольшую щель.
Повернувшись, опирается локтями о стол.
– Слушай, Рицка, я не знаю, что у вас там с Со-тяном происходит, но ты не должен так серьезно ко всему относиться. Соби, он… – взмахивая рукой в воздухе, Кио пытается подобрать верные слова, – иногда он ведет себя очень безответственно. Может исчезнуть неизвестно куда, никого не предупредив. Даже на несколько дней. Это в его стиле, знаешь?.. А тут он тебе еще и записку оставил… Чем плохо-то?
Отвернувшись, молча смотрю в пол. Наблюдая за мной, Кио задумчиво трет ладонью лоб.
– Мне вот, к примеру, он никогда ни о чем не говорит. Просто уходит и все.
Вскинув голову, выпаливаю неожиданно резко:
– Так может быть с кем угодно, но только не со мной!
– О-о-о… – Кио вскидывает брови, явно задетый сказанным. – Ну извини тогда.
Отвернувшись к столу, он выкручивает краны и переключает внимание на посуду. Наступившая тишина теперь заполняется лишь тихим звяканьем тарелок и шумом бегущей воды.
Черт… Досадуя на свою несдержанность, гляжу ему в спину. Что за муха меня укусила? Кио ведь ничего не знает о наших с Соби отношениях, он не понимает...
Вздохнув, поднимаюсь на ноги.
– Слушай, прости, – остановившись рядом с ним, упираюсь взглядом в столешницу. – Я, когда нервничаю, могу говорить всякие обидные вещи. Это, конечно, не оправдание…
Ополаскивая что-то, Кио, безмолвствуя, искоса наблюдает за мной, чуть приподняв брови. Поставив посуду в сушилку, неожиданно усмехается.
– А у тебя крутой нрав, да, Рит-тян?
Вскидываю голову и удивленно смотрю на него, потом выдавливаю кривую улыбку.
– Ну что-то вроде того, – неуверенным жестом заправляю прядь за ухо. – Я просто отвык от того, чтобы Соби исчезал вот так.
Кио, смягчившись, отворачивается и тянется за следующей миской.
– Это еще ничего, – говорит он, натирая ее губкой, – сейчас он здорово изменился. Года два назад с ним вообще невозможно было общаться.
Осторожно смотрю на Кио краем глаза.
– Невозможно общаться?
– Ну да, – ловко переворачивая плошку под струями воды, Кио сноровисто смывает с нее остатки пены.
– Со-тян и так довольно непредсказуем, а тогда я вовсе не понимал, о чем он думает. Его поступки временами были настолько ошеломляющими... Создавалось впечатление, что ему вообще плевать на себя, – вздохнув, Кио осуждающе качает головой. – Порой он так меня доводил, что хотелось огреть его чем-нибудь тяжелым, чтобы в себя пришел.
– Вот как, – прикрываю глаза, Ушки огорченно опускаются.
Два года назад…
– Соби тогда был с Сеймеем, верно?
При упоминании этого имени, Кио на мгновение замирает, приподняв голову и глядя перед собой, а затем продолжает возиться с посудой.
– Да. Они тогда много общались, – глухо и неохотно отвечает он, убирая в сушилку разделочную доску. Покончив с громоздкой посудой, переключается на ножи и прочую мелочь.
Закусив губу, наблюдаю за тем как мелькают руки Кио. Сказанное им отчего-то не дает покоя. От одного только упоминания прошлого Соби, на душе становится очень скверно. Я уже понял, что Сеймей плохо относился к Соби. Слышал это не раз и от Йоджи, и от самого Кио. Но отрицал... В глубине души я страстно желал верить, что все они ошибаются. Что-то не так поняли, где-то чего-то не рассмотрели. Но я своими глазами видел этой ночью имя Сеймея вырезанное его рукой на шее Соби, а значит довольно прятать голову в песок. Правда куда болезненней и горше, чем я боялся. И сейчас рядом со мной человек, который хоть что-то может рассказать о том периоде жизни Соби, когда тот служил Сеймею. Надо быть идиотом, чтобы такой шанс упустить.
– Расскажи мне о моем брате и Соби.
Повернувшись боком к столу, в упор гляжу на Кио, скрестив руки на груди.
– Все, что знаешь о них.
Рука Кио, потянувшаяся было, выключить воду, чуть вздрагивает. Во взгляде вначале мелькает удивление, затем он становится просто внимательным.
– Зачем тебе это, Рит-тян? – Кио все же перекрывает краны, и, вытерев руки полотенцем, поворачивается ко мне. – Ты ведь знаешь, как я отношусь к твоему брату, и все равно хочешь услышать, что я думаю?
– Именно, – сжалившись над ним – уж больно растерянным вдруг стало его лицо – добавляю: – Я знаю, что ты ненавидишь Сеймея. Поэтому можешь говорить все, что считаешь нужным.
Все еще растеряно глядя на меня, он запускает пальцы в волосы.
– У тебя какая-то странная логика, Рит-тян. Я не совсем ее понимаю.
Я и сам ее с трудом понимаю. Но после всего, что увидел…
Подчинившись внезапному импульсу, спрашиваю вдруг.
– Ты ведь знаешь, что у Соби под повязкой, я прав?
Его лицо становится серьезным, губы чуть поджимаются.
– А-а… Вижу, и ты уже знаешь. Теперь мне понятен твой вопрос.
Вздохнув, Кио засовывает руку в карман. Достает из него конфету на палочке и, рассеяно сорвав обертку, запихивает в рот. Спрашивает немного невнятно.
– Что ты хочешь услышать, Рит-тян? Что твой брат издевался над Соби? За человека его не держал? Ну, вот считай, что услышал.

URL
2011-10-12 в 21:22 

Кио встряхивает головой, морщась от неприятных воспоминаний. Кивает в сторону кровати и уходит, небрежно бросив полотенце на стол. Я как хвостик увязываюсь следом. Усевшись на полу спиной к постели, он устало откидывается на нее. Я тут же устраиваюсь напротив, обхватив руками колени. Покосившись на меня, Кио продолжает чуть извиняющимся тоном.
– Я уже говорил тебе, что знаю не так уж и много. Но того, что видел, мне хватило с лихвой.
Повернув голову, Кио тоскливо смотрит в окно.
– Соби всегда был очень гордым, даже заносчивым, острым на язык. А рядом с Сеймеем становился безвольным, как тряпичная кукла. Смотрел на него, как…. Как…
– Как собака на хозяина, – едва слышно заканчиваю я, опуская в расстройстве глаза.
Кио бросает на меня быстрый, пристальный взгляд.
– Да, что-то в этом роде.
Кусая губы, зажмурившись, отворачиваюсь, пытаясь скрыть выражение лица. Склонив голову набок, Кио наблюдает за мной, приподняв брови. Со вздохом вынимает конфету изо рта.
– Ну вот видишь, ты расстроился, – качнув шевелюрой, бормочет в сторону: – Стоило ли вообще заводить об этом разговор?..
– Стоило. Как бы там ни было, я должен был узнать, – твердо отвечаю, глядя себе под ноги, но губы все равно подрагивают и кривятся.
Глядя на меня, Кио горестно вздыхает и, протянув руку, осторожно трогает за плечо.
– Эй… Ну сейчас-то все в порядке.
Едва удержавшись от того, чтобы хлюпнуть носом, киваю.
– Угу…
Поджав губы, Кио молча глядит на меня, брови сочувственно сведены к переносице. Не выдержав его взгляда, вскакиваю на ноги и начинаю беспокойно бродить по комнате взад-вперед. Я догадывался, что говорить на эту тему будет тяжело, но не понимал – насколько. Облик Сеймея, такой родной прежде и знакомый, поплыл и исказился до неузнаваемости. А если подумать, сколько боли пришлось вытерпеть Соби… Я же знаю его, помню каким он был, когда мы только познакомились. Он больше не предлагает наказать его из-за всякой мелочи, но сколько раз что-нибудь подобное проделывал с ним Сеймей? Что он с ним делал?! Резал?! Издевался?! За что?! За какие ошибки?! Соби!..
Остановившись у стены, тяжело опираюсь об нее ладонью. Руки дрожат от противной слабости. Легкие, точно меха, качают воздух. Я и не заметил, как за несколько секунд состояние приблизилось чуть ли не к истерическому. Что за?..
Кио сидит, замерев в той же позе, и только глаза все это время скользили вслед за мной.
– Рит-тян…
– Где его носит?!!
Кричу вдруг, не совсем узнавая свой голос. Уткнувшись лбом в стену, зажмуриваюсь, согнувшись в непонятном приступе удушья. В попытке справиться с ним оттягиваю ворот футболки. Мне невыносимо жарко. Что, черт возьми, происходит?!
– Рит-тян!
Кио уже на ногах. Уже склоняется надо мной, с тревогой заглядывая в лицо.
– Рит-тян, тебе плохо?!
Кажется, да… Кровь шумит в висках. Пульсирует… Сердце бьется с бешеной скоростью. Этот страх, скручивающий желудок, эта слабость и жар – откуда они?! Я похоже знаю, как такое состояние называется. Приступ неконтролируемой паники. Почему со мной?.. Почему сейчас?! Соби!
Вырвавшись из рук Кио, бросаюсь к холодильнику. Хватаю телефон и дрожащими руками набираю знакомый номер. Первый в списке. Съехав вниз по металлической дверце, вжимаюсь лбом в колени. Гудки тянутся целую вечность! Ну же, Соби! Отвечай! Отвечай, чтоб тебя!..
Щелчок соединения выливается на мою голову десятью галлонами облегчения.
– Соби!
– Да, Рицка. Я здесь, – едва сдерживаю стон, услышав его голос. Боги… Я думал, что умру прямо тут, если он не ответит.
– Соби, где ты ходишь?! Мы весь вечер ждем тебя!
Я, кажется, хотел сказать что-то другое, но не могу сформулировать это «что-то». Я счастлив, счастлив, что слышу его!
– Прости.
Оседаю на полу, прижав к уху трубку. Слабость кружит голову, я еще не совсем отдышался и очухался после случившегося со мной только что сумасшедшего всплеска эмоций. Но от одних только спокойных интонаций Соби мне становится лучше. Хоть мысли немного прояснились.
Прислонившись спиной к холодильнику, обессилено прикрываю глаза.
– Когда ты придешь? Почему ты так долго вообще?
В голосе слышны чуть ли не умоляющие нотки, но мне на это глубоко плевать. Когда, Соби?
– Мои дела заняли несколько больше времени, чем я ожидал. Я скоро вернусь, Рицка. Очень скоро.
Сжав плотнее веки, вслушиваюсь в его ровный уверенный голос. Такой сдержанный… Слишком…
– Ну хорошо…, – облизываю пересохшие губы. Что-то в его тоне мне не нравится. Не могу понять – что. Это паранойя?
Не удержавшись, прикрываю трубку рукой и приглушаю голос, чтобы Кио не смог услышать.
– Соби, эти твои дела… Они, надеюсь, никак не связаны с?... Ты ведь не наделал глупостей, нет?
Бесполезный вопрос. Если Соби и правда попал в переделку с участием кого-то из Семи Лун, какова вероятность, что он об этом скажет?
– Нет, – резкий выдох, – я не стал бы ничего предпринимать без твоего приказа, Рицка. Не волнуйся, я не буду совершать опрометчивых поступков.
Он так серьезно и твердо это говорит, что хочется… Зажмурившись, бурчу:
– Хочется в это верить.
И правда – хочется. И главное, нет стоящих причин не делать этого. Какие у меня вообще есть основания для подозрений? Никаких. Соби оставил записку… Я позвонил, и он мне ответил. Успокоил… Я, похоже, изрядно перегнул палку со своими страхами. Может у Соби и правда какие-нибудь срочные дела. Может он устал, и оттого тон голоса немного суховатый. Какого черта я устроил такой спектакль вокруг его ухода? Я что ли так и буду паниковать каждый раз по любому поводу? Бред полнейший.
– Возвращайся скорее, – прошу гораздо тише и немного виновато. – Мы, между прочим, до сих пор не ели. Тебя ждем.
– Если так, то не надо ждать. Незачем.
В его голосе наконец-то чувствуется улыбка. Она согревает меня.
– Со-би… – упрямо склоняю голову набок, сведенные брови укоризненно вздрагивают.
– Я не буду есть без тебя. Лучше нигде не задерживайся. – Уж этот-то стимул точно должен побудить его вернуться как можно быстрее. Такая мысль добавляет мне оптимизма.
– Слушаюсь, – он чуть усмехается.
– Жду, – отключаюсь, ощутив себя полностью удовлетворенным таким ответом.
Вздохнув куда свободнее, прижимаю телефон к груди. Соби скоро вернется – он обещал.
Открыв глаза, вспоминаю вдруг, что не один в комнате. Кио ведь все это время наблюдал за мной. Он все видел. Почти все слышал. Черт. Наверняка, теперь он будет думать, что у меня с головой не все в норме.
Обращаю встревоженный взгляд на Кио. Он стоит, прислонившись к стене напротив, меланхолично перекатывая во рту свою конфету. Заметив, что я смотрю на него, выпрямляется и идет к плите. Прихватив полотенцем ручку крышки, приподнимает ее, выпуская на волю дивный аромат жаркого. Тыкает в него лопаточкой.
– Ну что, в порядке все?
Молча киваю, все еще не спуская с Кио глаз.
– Ну вот. Я же говорил.
Он закрывает крышку и уменьшает газ.
– Кио… Ты только не подумай, что я псих, – выпаливаю неожиданно для самого себя. Он вскидывает голову и смеется. Беззвучно, но совершенно искренне, аж плечи вздрагивают.
Глядя на это, я только хлопаю глазами, совершенно не понимая, что же его так развеселило. Повернувшись ко мне, он стягивает очки и трет глаза ладонью.
– Ох, Рит-тян, знаешь, это странное чувство, – улыбнувшись шире некуда, он дружески хлопает меня по плечу. – Я думал, что один на свете такой придурок. В общем, я рад, что есть кому психовать насчет Со-тяна вместо меня.

***
Остаток вечера я провел с пользой. Ожидая, мы разложили стол и, устроившись на стульчиках друг напротив друга, разговаривали о Соби. Я пытал Кио, выспрашивая у него все подробности и детали, которые тот только мог вспомнить. Мне было интересно, я хотел знать больше. И Кио охотно делился воспоминаниями, расписывая их с Соби совместные занятия, пивные посиделки, поездки и прочий милый бред. Мы так старательно игнорировали в разговоре имя Сеймея, но постоянно возвращались к нему, спотыкались, как о незримую преграду. Потому как стоило Сеймею объявиться на горизонте, Соби отставлял все дела и являлся к нему по первому же требованию, словно был живой вещью, игрушкой, которую Сеймей брал в руки, когда хотел. Я знал, что для Соби власть моего брата более чем реальна, но по-настоящему оценить размах смог только сейчас, когда слушал Кио. Слушал и не мог поверить. И в то же время мне казалось, что разгадка этого ребуса проста, что достаточно только руку протянуть, и я пойму нечто важное о Сеймее и Соби. Не зря же я так упорно штудировал учебник Ритцу. Но все мое существо отвергало это. Я не хочу понимать. Говорят, понять – значит простить, а я отказываюсь прощать своего брата! Какие бы цели он ни преследовал, чего бы ни пытался добиться, ничто не способно оправдать в моих глазах такое отношения к Соби! Beloved хоть сто раз могли быть идеальной парой, хоть тысячу раз – непобедимыми, для меня это не имеет значения. Я не прощу…
Ключ со знакомым, лязгающим звуком вращается в замочной скважине. Входная дверь издает неуловимый скрип, отворяясь. Тотчас воспрянув духом, оборачиваюсь и вскакиваю на ноги.
– Соби!
Ну, наконец-то…
Радостная улыбка, вспыхнув, медленно гаснет, сползая с лица.
- Что… Что такое?...

To be continued.

URL
   

главная