Лишенный любви

22:21 

Лишенный любви. Глава 10.

Chapter X. Timeless
Погруженный во тьму.

Соби.
Мелкая, зудящая вибрация в кармане пижамных брюк заставляет меня вздрогнуть и проснуться. Ах да. Это будильник. Что бы я без него делал. С моим режимом сна в последнее время просыпаться раньше Рицки становится все сложнее. Приходится выкручиваться таким вот образом.
Окончательно придя в себя, ощущаю тяжесть на плече. Провернув голову, упираюсь взглядом в темноволосую растрепанную макушку. Рицка… Он ведь спал вместе со мной на футоне этой ночью. И сейчас спит, обнимая меня, устроившись на предплечье. Моя рука, обхватывая его, поддерживает за спину. Его покоится на моей груди, стискивая тонкими пальчиками ткань пижамы. Так близко. Так безмятежно. И так естественно. Словно мы каждый день спим рядом и привыкли обнимать друг друга во сне.
Откинувшись обратно на подушку, смотрю на Рицку. Как же он прекрасен. Огромные глазищи закрыты, ресницы, чуть вздрагивая, лежат на щеках. Лицо как у юного божества - прелестное, невинное. Губы слегка приоткрылись во сне, словно приглашая, чтобы я сейчас потянулся вниз и поцеловал их.
Не в силах сдерживаться, наклоняюсь. Приподнимаю правой ладонью его подбородок, приближая его губы к своим. Замираю на мгновение, затем бережно прикасаюсь к ним, затем сильнее, пока не вбираю целиком, утопая в их теплой нежности. Рицка не просыпается, только слегка вытягивается на футоне, запрокидывая голову. Словно помогая целовать себя. Пьянею от этой мысли.
Рука поднимается выше, обхватывая плечи. Повернувшись на бок, осторожно роняю его на спину. Наклоняюсь над ним, не отрываясь от его губ. Ладонь скользит вверх по подбородку, накрыв щеку, касаясь пальцами мочки уха. Наслаждаясь каждым оттенком этого поцелуя, слегка вздрагиваю от медленно прокатывающихся по телу волн желания.
Прекрасно. Невыносимо прекрасно. Моя воля неизменно капитулирует, стоит мне только коснуться его губ. Но нужно остановиться. Рицка не разрешал целовать его, когда он спит. Я не имею права на это. Он может проснуться в любое мгновение. Я даже представляю себе его реакцию. Он, конечно, очень мил, когда смущается, и даже, когда сердится, но испытывать его терпение все-таки не стоит.
С трудом отрываюсь от него. Смотрю насмешливо и печально в его спящее лицо. Я как вор краду сейчас эти поцелуи и упиваюсь собственным падением. Понимая всю неправильность своих действий, все равно совершаю их. Целую его все чаще. Обнимаю, жаждая ответных объятий. И если бы Рицка еще противился этому. Избегал моих прикосновений, как он делал это вначале. Но ведь он мне потакает. Принимает все это безо всякого намека на возражение. Когда я целую его, открывается навстречу, толкая меня в объятья безумия, заставляя рисковать и ходить по краю. Совершенно невозможно не поддаться. Один только взгляд на эти губы сносит все барьеры здравого смысла, рождая желание вновь завладеть ими. И осознание, что я не могу допустить большего, только обостряет эти чувства.
Осторожно провожу рукой по его лбу, убирая челку. Сместившись в сторону, выбираюсь из-под одеяла. Укрывав им Рицку, замираю на несколько секунд на коленях над ним. Затем поднимаюсь, иду в сторону ванны.
А теперь душ. Холодный. Кажется, это скоро станет привычкой.
Скрывшись за занавеской, поворачиваю шестигранные тугие краны, настраивая воду. Раздеваюсь, перекидывая пижамные куртку и брюки через перекладину перегородки.
И все же. Как долго я намерен продолжать все это? Изводить себя, прекрасно понимая, что исход невозможен. Ему тринадцать лет. Еще очень долго я не смогу даже претендовать на то, чтобы касаться его как-то иначе. Да он и сам может не захотеть этого. Он еще очень мал и не осознает до конца значения многих вещей. Рицке нравится моя ласка. Ему ее так недостает в жизни. Но в остальном - это может совсем ничего для него не значить.
Мой тихий вздох тонет в дробном перестуке тяжелых капель. Не позволяя себе медлить, погружаюсь в эти струящиеся вниз холодные потоки, вздрагивая от их ледяных прикосновений. Резко увеличиваю напор. Незачем себя щадить.
Рицка слишком добр со мной. Слишком великодушен и щедр. Он так заботится обо мне и бережет. Такое отношение заставляет меня забываться, наполняя призрачными, щемящими надеждами. Он принял мое служение, он хочет быть моей Жертвой. Разве недостаточно? И вместе с тем я желал бы, чтобы помимо этого, он еще и полюбил меня. И, по-видимому, я хотел бы еще слишком многого. Даже если мы оба будем живы к тому времени, как он вырастет, как знать, быть может, в будущем выбор его сердца падет на совсем другого человека, и ему захочется создать семью. Это естественное желание. Почти ко всем оно приходит рано или поздно. И мне останется только отступиться, позволив ему ограничить наши отношения проявлениями той привязанности, что рождают узы. Я стану его тенью, смиренно следуя за ним, оберегая его покой и впитывая те частицы его тепла, которыми он будет готов меня одарить. Не требуя большего… Не будучи вправе даже взглядом дать ему понять, что хотел бы большего… Обреченный на молчание.
И осознавая возможность этого, я продолжаю отравлять себя этим манящим ядом, утрачивая чувство реальности в нашем головокружительном танце из слов, взглядов и прикосновений. Это похоже на скольжение по паркету с завязанными глазами меж горящих свеч. Когда отрезвление придет, я упаду распростертый, и это пламя поглотит меня.
Что сказал бы Кио, если бы узнал об этом? Что я сумасшедший, которому нравится терзать себя. Это, конечно, не было бы правдой, но как объяснить, что я уже не могу иначе? Если Рицка захочет в будущем быть моим, это станет для меня величайшим счастьем. Если полюбит кого-то другого, я смирюсь. По-иному и быть не может.
Вода обжигает, промораживая тело. Она уже начинает приносить физическую боль. Пальцы рук и ног даже слегка занемели. Достаточно. Если я простужусь, Рицка рассердится. Не хочу заставлять его волноваться еще и по этому поводу.
Дрожа, выключаю воду. Тянусь за полотенцем. Пальцы с трудом двигаются. Незнание меры ни в чем - не самая лучшая черта. В последнее время я явно начал злоупотреблять этим. Одно утешает. Через два дня Рицка вернется к себе домой, и мы вновь будем видеться в куда более формальной обстановке. Рицка не позволит ничего лишнего. Это даст нам обоим возможность остановиться. Если уж я не в состоянии укротить свою жажду сближения с ним, пусть это сделает он.
Хорошенько растерев покрасневшую, занемевшую кожу, заворачиваюсь в полотенце. Миновав разобранную постель, иду к шкафу за своими вещами. Босые ноги оставляют на полу влажные следы. Одевшись, бросаю быстрый взгляд на Рицку. И не думает просыпаться. Что ж, это неплохо. Я успею сделать ему завтрак и уйти. У меня на это утро намечено важное мероприятие, не хотелось бы на него опоздать.
Соорудив на скорую руку бенто для Рицки, освобождаю стол, чтобы позавтракать самому. Рицка забыл здесь вчера мой ноутбук. Выключил его, но телефон так и остался подсоединенным через переходной шнур. И наушники тоже. Хотя… Откуда они? Когда я ложился, их здесь не было. Должно быть, он достал их с полки, когда я уже уснул.
Слегка нахмурившись, гляжу на похожие на две тяжелые, круглые раковины наушники. Взяв их в руки, переворачиваю, рассматривая. Он даже под себя настроил размер соединяющей душки.
Довольно странно все-таки. Рицка ведь читал весь вечер. Он не слушает музыку, когда читает. Точнее он ее вообще почти не слушает, по крайней мере, через компьютер. Хотя может просто оттого, что стесняется. Впрочем, я ведь твержу ему изо дня в день, что он может пользоваться всеми моими вещами, и ему не обязательно спрашивать каждый раз, прежде чем взять что-нибудь. Должно быть, он решил не будить меня и достал их сам. Привык, наконец. Обжился. Может быть, не я один буду сожалеть, что придется вскоре расстаться. Что я почувствую, когда не найду его утром третьего дня спящим в моей постели? Одиночество, как я предполагаю. И острую нехватку чего-то очень важного. Ощущения его постоянного присутствия рядом со мной.
Слегка вздохнув, собираю все лишнее со стола. Вернувшись к шкафу, убираю на привычное место свой ноутбук и наушники. Быстро позавтракав, собираюсь, проверяя на месте ли все необходимые вещи и документы. Засовываю телефон в карман, снимая с вешалки свой плащ.
Так или иначе, все когда-нибудь заканчивается. Но пока этот момент не настал, единственное, что я могу сделать - не думать об этом. Принимать с благодарностью то, что у меня есть сейчас и стараться сделать незабываемым оставшееся короткое время, что Рицка еще будет жить здесь. Пожалуй, это самая разумная и правильная мысль. Даже если разумность мыслей уже не является тем, к чему я хотел бы стремиться.


Рицка
Когда я проснулся, Соби уже ушел. Я не удивился этому, поскольку он предупреждал меня накануне, что ему нужно будет этим утром уехать. У него сегодня собеседование насчет возможной работы по специальности. Кажется, представителям какого-то издательства понравились его картины на выставке. Соби, правда, не стал ничего объяснять по этому поводу. Сказал только, что предложение заманчивое, но он пока не знает подробностей. Дескать, рано еще что-либо обсуждать.
Впрочем, я даже рад, что Соби сейчас нет. У меня появилась возможность подумать немного в одиночестве. С трудом проглотив оставленный мне Соби завтрак, сижу за столиком, поставив локти на его поверхность, обнимая ладонями медленно остывающую чашку с чаем. Взгляд скользит по отполированному временем гладкому покрытию, следуя вдоль годовых линий и заботливо зашлифованных овальных следов от веток.
Минут пять уже так сижу, почти не двигаясь. Все пытаюсь собрать в единое целое расползающиеся в разные стороны мысли. С прошлой ночи в моей голове несколько прояснилось, и я смог увидеть ситуацию более полно. Так сказать, оценить весь размах случившегося до конца и разобраться в том, что может сулить подобный поворот событий.
Насколько я смог понять, этот Ритцу-сенсей не намерен разлучать нас с Соби, если я приму его предложение. Он вроде даже признал, что Соби является моим Бойцом. Пусть и косвенно, но вполне определенно сказал об этом. В принципе, все прочее не должно иметь для меня особого значения. Мы с Соби будем вместе и это главное, а то, как в той Школе к нам будут относиться, и что мы будем там делать, уже не суть важно. Или все-таки нет. До сих пор не могу забыть, каким потерянным и беззащитным стал Соби, когда осенью в поединке со Sleepless, они упомянули его отношения с учителем. Мне даже пришлось приводить Соби в чувство, а то мы бы проиграли. За этим явно что-то кроется, и сдается мне, идея вернуться в Школу не приведет Соби в восторг.
К тому же здесь есть еще множество дополнительных факторов. Йоджи как-то обмолвился, что Школа находится на западе, в предгорьях Фудзи, а это весьма далеко от Токио. Несколько часов на пригородном поезде, чуть больше на машине, и чуть ли не полдня на междугороднем автобусе. То есть вероятность того, что я смогу возвращаться домой после занятий - нулевая. Иначе на следующий день вставать надо будет чуть ли не в четыре утра. Бессмысленно. К тому же так рано ни один транспорт не ходит. Значит, в будни мне придется оставаться там на ночь. Впрочем, с этого года я перехожу в первый класс средней школы, наверняка для таких, как я, в Семи Лунах предусмотрен полный пансион. За него, может, даже не нужно будет платить. Мои отметки вполне позволяют претендовать на стипендию.
Выдыхаю, поникая ушками.
Какая разница. Домой-то я все равно смогу приезжать только на выходные. Мама точно будет против подобного. Она и так очень ревниво следит за моими перемещениями, даже не разрешает задерживаться где-нибудь допоздна. Необходимость отпустить меня куда-то учиться на долгий срок с невозможностью видеть каждый день, ее точно не порадует. Ну и что мне делать, чтобы она позволила мне уехать? Просить? Убеждать, что я очень хочу этого? Так ведь фальшиво же выйдет. Мне не капли этого не хочется. Я едва обжился в своей новой школе, впервые нашел друзей. Я не смогу теперь сидеть на уроках рядом с Юико, ходить вместе в столовую и провожать иногда ее и Яёй до дома. Может в той Школе тоже будут неплохие ребята, но я не верю, что там у меня может появиться такой друг как Юико. Я привязался к ней. И она тоже, кажется, очень хорошо ко мне относится. Даже к такому, каким я являюсь сейчас. Думаю, она огорчится, когда узнает о моем отъезде, ведь мы почти перестанем видеться. Хорошо, если мой перевод не заставит нас отдалиться друг от друга. Я бы очень этого не хотел.
Ну и, конечно, хоть и не в последнюю очередь стоит подумать о том, каково будет маме. Я не знаю, как учился Сеймей, я не застал этого, но ведь у мамы с папой всегда был я. Даже когда Сеймей уезжал, мама не была одинока. А теперь, возвращаясь с работы, она будет входить в пустой дом, чтобы ждать из недели в неделю моего возвращения. Мы, конечно, и так не очень часто видимся. Придя из школы, я обычно стараюсь сразу удрать к себе, чтобы не расстроить маму какой-нибудь очередной своей промашкой. Но все-таки осознание, что ты не одинок, что рядом все равно кто-то есть, оно иногда важнее, чем фактическое присутствие. Я даже боюсь себе представить, как тяжело будет маме, когда я уеду. Ведь кроме меня, у нее никого не осталось.
Запрокинув голову, до боли сжимаю веки. Да-а…. Я думал, что вся эта ситуация касается только меня и Соби, но я ошибся. Она затронет еще нескольких дорогих мне людей. Как бы это ни было удивительно. Одно время мне казалось, что даже если я вдруг исчезну, никто и не заметит.
Вздохнув, отставляю чашку и встаю. Иду к шкафу за свитером.
Хватит обо всем этом думать. У меня еще есть дела. Например, мне нужно позвонить Зеро. Если Соби действительно получил пароли от них, то надо выяснить, как они объяснили ему их наличие у себя. Должны же были как-то прокомментировать это. Необходимо узнать их версию, и то насколько она близка к правде. Лгать Соби я не хочу, но мне ведь точно придется давать в той Школе показания. Вдруг выдумка Зеро подойдет, чтобы скрыть их вмешательство в дело с учебником? Сомневаюсь, что мне поверят, если я скажу, что сам нашел способ, как вскрыть базу данных Семи Лун. Нужно придумать, как сделать так, чтобы Нацуо и Йоджи не пострадали. Вот кстати еще пара существ, которых затронет мой вчерашний провал.
Открываю шкаф. Роюсь в своих вещах, в поисках чего-нибудь соответствующего погоде. На улице пасмурно. Похоже, вечером пойдет дождь. Я, конечно, собираюсь скоро вернуться. Нужно всего лишь забрать записку с телефоном Зеро из тайника, в котором я ее спрятал. Но погода весной весьма непредсказуема, так что ждать можно всякого. Впрочем, непредсказуемой в последнее время является не только погода.
Черт бы побрал этого Ритцу. И Соби, если подумать тоже! На что он рассчитывал, когда в открытую пользовался доступом своего Учителя? Что никто ничего не поймет? Что решат, будто сенсею вздумалось поработать ночью вне Школы, и потому он воспользовался другим компьютером? Может и обошлось бы, если бы никто не стал проверять и копать глубже. И если бы не моя выходка с учебником. Получается, что пусть и не желая того, но я все-таки подставил Соби.
Взгляд невольно скользит выше, останавливаясь на верхней полке, где он хранит свой ноутбук. Я не нашел его утром на столе. Соби убрал его, когда собирался уходить, положив как всегда слева на полку. Он всегда его слева оставляет почему-то. И задвигает в угол, к стене. А я, когда убираю его компьютер, ставлю ближе к краю. Дальше мне попросту не дотянуться. И сколько раз бывало так, что мне приходилось подставлять скамейку, чтобы достать его на следующий день. В такие моменты, я очень отчетливо осознавал насколько я маленького роста.
Улыбаюсь воспоминаниям. Затем улыбка медленно пропадает, уступая место недоумению. Вскидываю взгляд на полку. Ноутбук не виден. Соби вновь задвинул его вглубь. Мне как всегда пришлось бы лезть за ним. Как всегда… Когда я достаю его по вечерам. Но ведь и убираю его я обычно сам. Это вчера я забыл все на столе, потому что был расстроен разговором с Ритцу. Какого черта ноутбук Соби каждый раз оказывается у стены, если он за ним вообще не работает?!
Хватаюсь за дверь шкафа, утыкаюсь в нее лбом, глядя в одну точку на полу. Или работает. Просто я об этом не знаю. Когда? Утром? Или ночью, когда я сплю? Тогда понятно было бы, почему он не высыпается. Он же еще и вставать ухитряется раньше меня. Невероятно.
Как же я раньше этого не замечал. Точнее замечал, но не придавал значения. На этой же полке помимо ноутбука, лежат и другие вещи Соби. Мало ли, что могло ему понадобиться в собственном шкафу. Но сегодня меня разобрала тотальная паранойя. Я действительно считаю, что Соби что-то скрывает от меня?
Закусываю губу. Похоже, и впрямь считаю. Если уж он утаил свой визит в базу Школы, отчего бы не предположить, что этим все не ограничивается? Что Соби делает по ночам за компьютером? И стоит ли выяснять? Может это какая-нибудь маловажная глупость, но зачем в таком случае держать это в тайне? Разве я стал бы смеяться или подтрунивать над ним?
Вздыхаю.
Одно ясно. Я – не единственный, кто не до конца честен сейчас. Мы оба скрываем что-то друг от друга, и от этой мысли становится нехорошо. И еще больше оттого, что я бы так ни о чем и не догадался, если бы не привычка Соби оставлять свой ноутбук в определенном месте. Должно быть, он делает это машинально, не задумываясь. Так о скольких вещах, о которых он не упоминает, я еще могу не знать? Он ушел на собеседование? Так ли это?!
Рука, сжавшись в кулак, врезается в дверь шкафа. Хватит! Если я не буду верить Соби, то что в итоге от Нас останется? Я должен доверять ему, но как же сложно делать это, если осознаешь, что тот, кто тебе так дорог, тебе лжет. …..
Повернувшись, прижимаюсь к шкафу спиной. Повесив голову, гляжу в пол. Да-а. Дрянная ситуация. Только этого мне после Ритцу не хватало … И, главное, даже не выяснишь, что Соби скрывает от меня. На сто процентов уверен, что в ноутбуке нет и следа его ночной деятельности. Не стал бы он хранить все там, где я мог бы легко на это что-то наткнуться. Значит, записал на диск и спрятал.
Одеваю через голову свитер. Запихиваю ноги в кеды. Открываю входную дверь, звякая ключами. Все рано ведь не стану искать. Даже, если бы мне действительно захотелось бы. Копаться тайком в вещах Соби - хуже деятельности не придумаешь.


***
- Нагиса-сенсей! Я прошу вас. Подождите в приемной! Я должна доложить о вашем приходе!
Нервный голос секретаря, доносящейся из соседнего помещения, заставляет Ритцу-сенсея поднять голову, оторвавшись от работы.
- Подождать в приемной?! Да что вы о себе мните!
Дверь распахивается. Внутрь кабинета бесцеремонно впархивает видение в коротком голубам платье с рукавами-фонариками, прихваченном выше талии широким синим поясом. Светлые волосы собраны по боками в два пышных хвоста, подвязанных ленточками. Взгляд полон негодования.
- Ритцу! Тебе следует воспитать своих служащих! Меня пытались остановить! Или…- Нагиса прищуривается, - или это ты отдал распоряжение заставлять меня ждать в приемной. Только скажи это!
- Нагиса, меньше трагизма, пожалуйста, - Ритцу с неудовольствием потирает пальцами переносицу, - некоторые в этом заведении еще и работают, знаешь ли. Не допускать ко мне посетителей без согласования является одной из обязанностей секретаря.
Глаза девушки вспыхивают.
- Это с каких пор я посетитель!?
- О, для коронованных особ безусловно стоит сделать исключение, - холодно чеканит Ритцу, - так что привело тебя сюда в столь раннее время суток?
Нагиса слегка подозрительно глядит на сенсея, не зная, стоит ли реагировать на замечание о «коронованных особах» или лучше сосредоточиться на подначке насчет времени. Не так уж и часто она опаздывает на службу.
Наконец цель визита перевешивает.
- Loveless! Он был в системе этой ночью!
Ритцу откидывается на кресло, в едва заметном, напряженном терпении покручивая пальцами ручку. Похоже, беседа обещает быть эмоционально-насыщенной и как всегда бессодержательной.
- Совершенно верно. Я знаю об этом.
- Ты виделся с ним! - Нагиса безапелляционно протыкает воздух обвиняющим пальцем. – И даже не сделал записей! Ритцу – ты болван!
Сенсей слегка хмурится. Это даже уже не смешно.
- Не все же обладают твоей изощренностью. Некоторым свойственно полагаться на простые понятия о стратегии.
- Ритцу, не пытайся задурить мне голову, я знаю, что у тебя на уме. Хочешь заполучить Аояги для собственных нужд?
- Для собственных и в мыслях не держал.
Нагиса не замечает сарказма.
- Ты эгоист каких мало, Ритцу! Устанавливать контакт с Аояги Рицкой - задача Семь, а не твоя!
Сенсей слегка вздыхает в усталом раздражении.
- Нагиса, у тебя все? Если да, то я предпочел бы вернуться к работе.
- Нет. Не все. Не думай, что ты так просто отвертишься от этого разговора. Я хочу знать, о чем вы говорили.
Сенсей поднимает на коллегу холодный взгляд.
- Мне не кажется, что я должен отчитываться перед тобой.
С уст Нагисы срывается довольный смешок.
- Так и знала, что ты не скажешь. И с чего бы каждый раз такая скрытность?
Легким танцующим шагом она приближается. Остановившись у стола и положив руки на его гладкую отполированную поверхность, наклоняется, заглядывая сенсею в глаза.
- Признайся, Loveless нужен тебе, чтобы вернуть Соби. Соскучился по своей игрушке, а, Ритцу?
Ручка звонко ударяет о стол.
- Мне кажется, некоторая собранность и сдержанность в суждениях подошли бы к твоему образу сенсея куда больше, чем эти платья и ленточки, Нагиса. Если не имеешь представления о планировании, не стоит надоедать окружающим своими беспочвенными предположениями.
Отступив от неожиданности на шаг, девушка ошеломленно глядит на Ритцу. Видимо подобные пространные пассажи в ее адрес являются редкостью для сенсея. Ее глаза слегка сужаются.
- Беспочвенными, значит? Как же, - она невинно приподнимает брови, - то есть ты не будешь против, если именно Зеро привезут сюда Аояги Рицку? Думаю, даже ты тогда не смог бы не признать, что мои творения лучшие.
- Я ведь говорил уже. Мне все равно.
- Лже-ец, - сладко тянет Нагиса, - а может им прихватить с собой еще и Соби? Скажем, для суда.
Губы Ритцу трогает скупая усмешка.
- Ты всегда отличалась тягой к справедливости. Если бы еще умела правильно выбирать объекты для ее реализации.
Девушка упирает руки в бока.
- Не дави на жалость, Ритцу!
- И не думал даже.
Сенсей с легким вздохом поправляет очки.
- Можешь попытаться, если хочешь, Нагиса. Ты напрасно потратишь время и…, - он жестко улыбается, - свой расходный материал.
Девушка застывает с открытым ртом. Затем стискивает кулаки.
- Ты пожалеешь об этих словах, Ритцу.
- Уверен, что нет.
- Вот увидишь! Ты пожалеешь!
Дверь с грохотом врезается в косяк. Ритцу-сенсей слегка морщится, прислушиваясь к быстро удаляющимся шагам. Бросив ручку на стол, прикрыв глаза, вытягивается в кресле.
«Довольно неожиданно. Не думал, что она так остро воспримет свой промах. Loveless наконец-то пошел на контакт, а она все пропустила. Ну как здесь не расстроиться и не прийти в негодование».
Ритцу слегка качает головой.
«Цены б ей не было как сенсею, если бы Нагиса не была так озабочена собственной значимостью. Все ее потуги быть в центре событий выглядят настолько нелепо, что это даже уже не забавляет, а вызывает раздражение. Вызвало бы и жалость, если бы она была мне свойственна. Что ж. Если Нагиса полагает, что своей выходкой впечатлит кого-то, то она ошибается. Соби-кун ее Зеро по земле размажет. Полагаю, не стоит заострять на этом внимание».


***
Я довольно быстро добрался до своего района. Свернул с центральной улицы на идущую параллельно моей аллею, потому что, опасаясь наткнуться на кого-нибудь из соседей, не рискнул приближаться к дому, следуя обычным путем.
Удивительно. Если живущие рядом люди еще знают нас с мамой в лицо и по фамилии, то стоит зайти с другой улицы, никто даже не повернет голову в мою сторону. Для здешних обитателей я буду просто незнакомым мальчиком, спешащим куда-то по своим делам. Впрочем, это как раз то, что мне сейчас и требуется.
Пройдя тихую улочку почти до конца, сворачиваю во дворы. Следую по утоптанной узкой тропинке мимо стоящих особняком, окруженных заборами коттеджей. Проскальзываю под свисающими с высоких изгородей ветками деревьев, минуя растущие на обочине тропы заросли диких кустов. Тут, конечно, никаких клумб и беседок нет. Мир каждой семьи сосредоточен только на своей территории, очерченной четкими хорошо охраняемыми границами, куда нет допуска посторонним.
Вытянув шею, высматриваю впереди темный силуэт своего дома. Преодолев оставшееся расстояние и обогнув забор, пробираюсь во двор, незаметно прошмыгнув в чуть скрипнувшую калитку. Замираю в тени деревьев, прислушиваясь, разглядывая сквозь низкие разлапистые ветки окна своего дома на первом этаже. За ними гостиная. Моя комната с балконом находится прямо над ней.
Интересно, где сейчас мама? Сегодня воскресенье и она дома наверняка. После того, как я лишился памяти, наша семья постепенно начала утрачивать все свои связи. Когда погиб Сеймей, мама вообще замкнулась в себе. Я даже не помню, чтобы она хоть раз за последний год ходила в гости, не говоря уже каких-то развлечениях вроде кино или театра. За исключением времени, проведенного на работе, мама теперь всегда здесь. На кухне или запершись в своей спальне. Не знаю уж, зачем она запирается, я и так в ее комнату не вхожу.
Набравшись смелости, трогаюсь с места. Осторожно пробираюсь к дому, лавируя меж кустов. Пригнувшись, проскальзываю под окном. Замираю у водосточной трубы, прижавшись к стене спиной.
Вроде тихо. Никто меня не заметил. Хотя я, конечно, очень мудро поступил, придя сюда сегодня. Мог бы и подождать пару дней, чтобы получить возможность спокойно вернуться и войти в свою комнату обычным путем. А теперь вот придется лезть через окно. Усмехаюсь. Ну вот, узнаю, наконец, каково каждый раз Соби.
Запрокинув голову, смотрю вверх на четко выделяющийся на фоне пасмурного неба темный прямоугольник балкона. Высоко. Если сорвусь, падать будет больно.
Вздохнув, засовываю руку в карман. Извлекаю оттуда свои тонкие перчатки. Это я кино видел. Все грабители, забираясь в дома по стенам и веревкам, одевают перчатки. Чем я хуже. Припихивая пальцы в узкие раструбы, озираюсь по сторонам. Надеюсь, никто не увидит меня и не примет за вора. Иначе шуму будет….
Надев перчатки, кладу руку на водосточную трубу. Она упруго поддается нажиму, чуть изгибаясь в местах соединений. Ничего, выдержит. Я столько раз спускался по ней вниз, думаю оттого, что мне сейчас предстоит ползти наверх, мало что изменится.
Просовываю руку меж водосточной трубой и стеной. Хватаюсь за вбитую в нее толстую железную скобу так высоко, как могу дотянуться. Подтягиваюсь, перебирая ногами по стене. Прижав руки и колени к груди, замираю, зависнув в полутора метрах над землей. А дальше как? Отпустить скобу, чтобы уцепиться за желоб водостока – страшно. А следующая «ступенька» слишком высоко, не дотянуться.
Закусываю губу. Надо как-то продумать систему, а то я до вечера туда не заберусь. Что поделать. Ни разу ничем подобным не занимался.
Внутренне сжавшись, рискую оторвать одну руку и обхватить сточный желоб. Цепляясь носками кроссовок за стену, выталкиваю себя наверх, перехватывая вибрирующую округлую опору выше. Подошвы соскальзывают. В панике упираюсь коленом в скобу, придавливая свои пальцы. Шиплю от боли. Инстинктивно выдернув руку, судорожно хватаюсь за трубу, жалея, что не могу отправить саднящие пальцы в рот. Непредвиденный минус моей экипировки.
Утыкаюсь лбом в холодный гладкий металл. Вот умею я найти себе приключения на все места. Если доберусь до балкона и не свалюсь по дороге, это будет чудом.
Ладно. Не так уж и страшно. Зато я, похоже, придумал, что мне делать дальше. Хоть какой-то прогресс.
Глубже вмяв колено в зазор между стеной и водостоком, привстаю, перебирая по нему руками. Хватаюсь за следующую скобу. Неплохо. Теперь осталось только ноги поменять и, считай, система подъема налажена.
Вцепившись как можно крепче в трубу, вытаскиваю колено, на несколько секунд лишившись твердой опоры. Повиснув на руках, упираясь соскальзывающей подошвой ноги в стену, торопливо вбиваю в освободившееся над нижней скобой пространство носок второго ботинка. Нажимаю всем весом, проверяя упор на прочность. Убедившись в безопасности опоры, выпрямляю ноги и подтягиваюсь, вставая по весь рост. Скольжу левой ладонью по желобу, перенося руку выше, выдерживая баланс.
Застываю, вжавшись в скользкий, прохладный металл всем телом. Перевожу дыхание.
Да-а… Домушник из меня аховый. И труба еще вибрирует в моей хватке, создавая ощущение, что вот-вот развалится. Это, конечно, иллюзия, она прочнее, чем кажется, но всякий раз, когда гладкую выгнутую поверхность под моими руками начинает слегка вести в сторону, сердце замирает, подскакивая к горлу, а ладони становятся неприятно влажными. Все-таки хорошо, что я одел перчатки.
Вскинув голову, гляжу наверх, оценивая оставшееся расстояние. Что ж, не будем растягивать удовольствие. Чем скорее я заберусь туда, тем лучше будет.
Отпустив скобу, вновь всаживаю вместо руки колено. Оттолкнувшись, перебираю вверх руками, выпрямляясь. Тянусь к следующей опоре. Лучше бы я разжился где-нибудь «кошкой». По канату я лазаю куда проворней, чем по водосточным трубам. И шуму производил бы меньше. Я даже уже не совсем понимаю, к чему была вся моя конспирация, если эта конструкция подо мной громыхает так, что сюда уже должна была сбежаться вся округа.
Выпрямившись в очередной раз во весь рост, даю себе несколько секунд отдыха. Что ж. Какой бы дурацкой ни была затея, но больше половины пути я все-таки уже проделал. Отлично. Если и дальше так пойдет, я скоро буду наверху и, наконец, вздохну с облегчением. Никогда больше не буду подтрунивать над Соби, насчет его привычки взбираться ко мне на балкон. Кстати как он это делает? Тем же способом что и я, по трубе? Или все же иначе? Надо будет спросить при случае, а то я еще ни разу не наблюдал сам процесс.
Словно в ответ на мои мысли, телефон в кармане брюк издает опасно громкий, пронзительный звон. Это Соби.
Вздрагиваю и застываю в замешательстве. Я сейчас нахожусь выше уровня окна, но звук вызова все равно точно слышен в доме. Если мама в гостиной…..
Чертыхаюсь про себя. Соби просто очень вовремя. У меня как раз обе руки заняты. Ни отключить, ни ответить. Что ж. Придется рискнуть.
Выпустив скобу, опасно покачиваясь на двух точках опоры, поспешно запускаю руку в задний карман джинсов, вытаскивая телефон. Раскрываю. Лучше я все-таки отвечу Соби. Иначе он наверняка перезвонит, решив, что вызов сорвался. Если же я выключу телефон, чего доброго подумает, что со мной опять что-нибудь стряслось.
- Рицка?
- Да, Соби. Я тут, - удобнее перехватываю рукой сточный желоб, приближая лицо к стене, чтобы заглушить звук своего голоса, - что-то случилось?
Надеюсь, он звонит не для того лишь, чтобы спросить все ли у меня в порядке. Учитывая обстоятельства, это было бы весьма нелепо.
- Я просто хотел предупредить тебя, что, похоже, задерживаюсь. На обратном пути я зашел в Университет, чтобы забрать некоторые свои вещи, и наткнулся там на Кио. Его родственники уезжают в провинцию на лето и оставляют ему свою квартиру в центре. В общем, он очень просил меня помочь перевезти туда его вещи.
Прикрываю глаза. Пальцы слегка сжимают корпус телефона. Задерживается из-за Кио, значит. Надеюсь, это не очередная ложь, призванная прикрыть какую-нибудь новую авантюру, в которую он намерен ввязаться без моего ведома.
- Со-тян, ты еще долго? Я забрал наши вещи из гардероба.
Приглушенный жизнерадостный голос Кио вклинивается в разговор посреди очередной фразы Соби. Тот, видимо обернувшись, прикрывает микрофон рукой.
- Тише, Кио. Я разговариваю с Рицкой.
- А-а. Привет ему передай. И давай собираться поскорее, у нас много работы.
В голосе Соби появляются раздраженные нотки.
- Я, кажется, не дал еще своего согласия.
- Правда? - Кайдо недоумевает. - А мне показалось, что уже дал.
Слушаю их перепалку, ощущая, как легчает на душе. Все-таки я - параноик. Ну, нельзя же так в самом деле. Даже если Соби не все мне рассказывает, неужели я так и буду теперь видеть подвох в каждом его слове и поступке. Сейчас, например, мне даже стыдно за свои подозрения.
- Соби…- негромко привлекаю его внимание. Он тут же переключается на меня, оставив Кайдо сотрясать аргументами воздух в одиночестве.
- Да, Рицка. Я слушаю тебя.
- Если хочешь помочь ему, я не против. Буду ждать тебя дома.
- Рицка, ты уверен?- в голосе Соби явно не ощущается энтузиазма. Может, он хотел, чтобы я его отговорил? - Я ведь даже не знаю, когда вернусь. У Кио дома столько, - он подыскивает подходящее слово, -… хлама.
- Эй. Я попросил бы! – возмущению Кайдо нет предела.
- По-твоему, я не прав? – я почти вижу, как Соби иронично вскидывает брови. - Когда я заходил к тебе в прошлый раз, мне некуда было даже сумки поставить. Никогда еще не видел квартиры, где было бы столько бесполезных вещей.
- Это не бесполезные вещи! Это подарки! Если бы у тебя было столько же друзей как у меня…
Кио продолжает еще что-то говорить, я улыбаюсь, слушая его ворчание.
- Похоже, Кио взялся за тебя всерьез.
В легком замешательстве Соби усмехается.
- Да уж. Так азартно и качественно меня давно не обрабатывали.
- Зачем ты так говоришь, Со-тян? Разве я тебя заставляю?
В голосе Соби слышится поистине королевское фырканье.
- Скорее вынуждаешь, прижав к стенке.
Откровенно веселюсь уже.
- Ладно. Помоги ему. И возвращайся. Я буду тебя ждать.
- Как, оказывается, приятно делать друзей счастливыми, - с мрачной обреченностью в голосе вздыхает Соби, - надеюсь, мне удастся убедить его не брать с собой хотя бы половину из его бесценных безделушек.
- Со-о-тян!…- обиженно тянет Кио.
Соби уже не обращает на него внимания.
- Рицка, тебе точно ничего не требуется? У тебя все хорошо?
Ну, за исключением того, что я разговариваю с ним, повиснув на водосточной трубе…
- Ага. Не беспокойся. Со мной полный порядок.
- Что ж, это радует, - он улыбается, - увидимся вечером.
- Да. До встречи, Соби.
Отключаюсь. Прижимаю телефон к губам, замерев и стиснув веки. Это все оттого, что я очень… ценю Соби. Он - самое дорогое, что у меня есть. Разрушая себя и Нас своей подозрительностью, я панически боюсь потерять его. Кошмарное сочетание. И как справиться с этим я не имею понятия.
Рассеянно убираю телефон. Придерживая запястьям сползающий вниз край свитера, пытаюсь пропихнуть гладкий корпус в тугой клапан кармана. Соскальзывает. Как неудобно все-таки орудовать одной рукой. Нетерпеливо дергаю хвостом, стараясь попасть точно в цель. От неловкого, резкого движения сотовый цепляется за край и, вывернувшись из руки в перчатке, падает в кусты. Черт!
Опустив голову, смотрю через плечо вниз на слегка покачивающиеся, потревоженные ветки. Ну, прекрасно. И что мне делать теперь? Слезать? Я уже больше полдороги вверх проделал.
Закусываю губу. Но меня ведь не заметили пока, иначе уже окликнули бы. Значит то, как мой телефон вниз упал, тоже никто не видел. Может и не страшно, если он в кустах немного полежит? Я ведь недолго. Только туда и сразу назад.
Вздыхаю. Ладно. На обратном пути заберу. Ничего страшного с ним за это время не случится.
Продолжаю подъем. Довольно быстро преодолеваю оставшееся расстояние. Взбираюсь на балкон и, перевалив через перила, шлепаюсь вниз на плетеный коврик.
Фух. Залез-таки. Теперь дело за малым. Успокаивая дыхание, осторожно заглядываю в комнату. Шторы раздвинуты на всю длину, но у самого края двери, есть все-таки небольшая узкая щель, сквозь которую видно, что комната пуста. Впрочем, кто тут может находиться, я другого и не ждал.
Стараясь не шуметь, сдвигаю в сторону балконную перегородку. Я оставил ее незапертой, когда уходил из дома, как раз на тот случай если придется вернуться за чем-нибудь. В который раз уже радуюсь своей предусмотрительности.
Скинув кеды, отогнув край занавески, проскальзываю в комнату. Иду к шкафу, и, отворив слегка скрипнувшую дверцу, углубляюсь в его темное нутро в поисках своей зимней куртки. Я хотел последовать совету Зеро и спрятать телефон вне дома, но потом сообразил, что у меня нет тайников, где я мог бы сделать это без риска утратить. Ну не закапывать же в саду. В общем, я запихнул записку под подкладку, она как раз слегка разошлась внизу у края. Мне показалось тогда, что даже если кто-то и впрямь будет обыскивать мои вещи, такую мелочь вряд ли заметят. Найдя куртку, запускаю руку в распустившийся шов, увязая в волокнах синтепона.
Ага, вот она. Прихватив пальцами сложенный в трубочку, похожий на обломок спички обрывочек бумаги, вытаскиваю его наружу. Ну, прям как микропленка в фильмах про шпионов. И мы с Зеро слегка на них похожи. Заигрываемся иногда. Думаю, спрячь я записку в ящик стола, все равно ее никто не нашел бы. Но Йоджи был так серьезен. Может в этом он и прав. Скольких неприятностей мне удалось бы избежать, будь я чуть осторожнее.
Тихие шаги по коридору привлекают мое внимание. Это мама. Идет сюда. Вздрогнув от неожиданности, торопливо захлопываю шкаф. Припускаю обратно к балкону и только успеваю выбраться наружу и задвинуть за собой перегородку, как дверь в мою комнату открывается. Шлепнувшись на циновку, перебирая по ней руками, торопливо отползаю в сторону. Замираю у стены, прижавшись спиной.
Что мама делает в моей комнате? Зачем она туда зашла? Она и в обычное-то время нечасто ко мне поднимается, только чтобы ужинать позвать, а уж когда меня нет дома …
Прислушиваюсь, стараясь дышать как можно тише раскрытым ртом. Из комнаты ни звука. Ни шагов, ни шелеста одежды. Может быть, она только заглянула и сразу вышла? Бесшумно перекатившись на колени, рискую, приподнявшись, заглянуть в комнату сквозь щель в занавеске. И едва не отшатываюсь назад, потому что мамин силуэт оказывается слишком близко. Практически рядом со мной у окна. Опустив руки на спинку компьютерного кресла, она, повернув голову, смотрит на мою, висящую справа на стене рамку с фотографиями. Отпустив стул, идет к ней.
Хватаюсь рукой за стену, приникая лицом к стеклу. Что мама собралась делать? Это же мои воспоминания. Там на них Яёй и Юико, та общая фотография, сделанная в Йокогаме и, конечно, Соби. Моих снимков вместе с Соби там больше всего.
Остановившись у стены, мама смотрит на стенд. Застыв, тревожно слежу за ней, задержав дыхание. Только не делай ничего с моими воспоминаниями, пожалуйста, мама. Некоторые я даже в компьютере не сохранил. Мне их будет не восстановить.
Вздохнув, она тянутся рукой к рамке, осторожно открепляет одну из фотографий. Напрягаю зрение, пытаясь понять, что на ней. Она третья с края во втором ряду. Значит это… мои брови в удивлении ползут наверх. Это моя собственная фотография. Ее Юико сделала в школьном дворе, уговорив меня попозировать на фоне ворот. Сам по себе снимок получился не очень удачным, но его сделала Юико, поэтому я повесил его вместе с остальными воспоминаниями, чтобы в мыслях чаще возвращаться к этому моменту. Зачем моя фотография понадобилась маме?
Отступив на шаг, она поворачивается ко мне лицом, заставив меня нырнуть вниз, едва не стукнувшись лбом о полог. Чертыхаюсь про себя, согнувшись в три погибели под окном. Безрассудство полнейшее. Еще чуть-чуть и меня бы заметили.
Шаги смолкают. Из комнаты доносится тихий скрип. Мама присела на краешек кровати. Вслушиваясь в наступившую тишину, изо всех сил пытаюсь унять зарождающееся во мне томительное беспокойство. Мама же ничего не сделает с подарком Юико, ведь так? Или…
Резко вздохнув, вскидываю взгляд на окно. Перебирая ладонями по балконной перегородке, осторожно заглядываю внутрь своей спальни.
В полумраке мамин силуэт едва виден. Темные волосы спускаются на лицо. Моя фотография слегка вздрагивает в ее руках. Я узнаю эту дрожь…
Стискиваю веки. Пальцы слегка сжимаются, проскребая по поверхности двери. Неужели мама сейчас порвет мою фотографию?!... Не могу поверить. Но все приступы гнева, что случаются с ней, обычно так и начинаются. Сначала она еще пытается себя сдерживать, но затем….
Тихий хруст привлекает мое внимание. Обреченно вздрагиваю, но вдруг понимаю, что звук этот донесся не из комнаты, а снизу из-под балкона. Так, словно кто-то случайно наступил на сухую ветку. Застываю, ощущая, как по коже струится холодок. Там кто-то есть. Под балконом, у стены. Прямо подо мной.
Упав на локти, вжимаюсь в коврик. Только не это… Может, мне просто показалось? Пусть это окажется ошибкой!
Снизу доносится тихий шелест, едва слышный звук шагов и какие-то непонятные скребущиеся звуки.
Вздрогнув, утыкаюсь лбом в циновку. Нет. Мне не почудилось. Там и правда кто-то ходит. Черт. Как мне все это не нравится. Чувствую себя пойманным в ловушку. Я словно меж двух огней и отступать некуда.
Отрывисто дышу раскрытым ртом и тихо молюсь про себя. Пусть это будет не за мной. Пусть меня никто не окликнет. Не сейчас, когда мама в таком состоянии. Если она услышит и выйдет на балкон… я даже представить боюсь, что тогда случится.
Стискиваю пальцами жесткие волокна коврика, вслушиваясь в доносящийся снизу едва различимый скрежет. Изнывая от давящего беспокойства, повторяю в уме, как заклинание. Уйди. Уйди скорее. Кто бы ты ни был. Что бы там ни делал. Просто исчезни, я прошу тебя!
Странные звуки стихают. Через мгновение до меня доносится тихий шелестящий всплеск, а затем шаги. Неизвестный удаляется. Следуя вдоль стены дома, скрывается за углом.
Подавляю короткий, измученный всхлип. Надо скорее убираться отсюда. Вдруг этот кто-то вздумает вернуться.
Привстаю, вновь сосредотачивая внимание на происходящем в моей комнате, весь обращаюсь вслух. Тихо. Даже как-то слишком. Обычно мамины вспышки гнева сопровождаются жутким шумом. Неужели обошлось?
Заглядываю в комнату. Она пуста. Должно быть, мама вышла, пока я, дрожа как лист, валялся, сжавшись, под балконной дверью.
От облегчения у меня даже руки слабеют. Прислоняюсь лбом к стеклу, закрывая глаза, оползая вниз. Все-таки я везунчик. Это ж надо так. Неужели я действительно смогу уйти отсюда незамеченным? Невероятно. Я уж думал, конец мне.
Неожиданная мысль заставляет встрепенуться. А мое воспоминание? Мама его порвала? Приподнимаюсь на коленях, вновь заглядывая внутрь. Обшариваю взглядом комнату. Да где же оно? Неужели мама унесла снимок с собой?
Почти отчаявшись, наконец, смотрю на рамку. И выпрямляюсь на коленях, брови удивленно ползут вверх. Мое воспоминание висит приколотое на своем месте. Так словно его никто не трогал. Ничего не понимаю.
Тряхнув головой, торопливо поднимаюсь. Сейчас не это главное. Записку я взял, надо скорее уходить. Пока не стряслось еще что-нибудь, что положит в итоге конец моему везению.
Перебравшись через перила, съезжаю вниз по трубе, цепляясь свитером за скобы.
Спрыгнув на землю, приседаю, опираясь рукой о землю. Взгляд притягивают отпечатки ног, оставшиеся на влажной, жирной земле. Вот это мои, а это… Нерешительно провожу кончиками пальцев по слегка смазанному, но все же различимом следу. Оставлен он явно кем-то взрослым, но не поймешь мужчиной или женщиной. Для женского он велик, а для мужского – слишком мал, и форма очень странная. Точеная, слегка вытянутая у носка, а подошва разделена на два сегмента. Словно эти отпечатки оставлены изящными сапогами с низким каблуком. И…Я знаю только одного человека, кто носит такие.
Шумно выдохнув, взвиваюсь на ноги. Отступив на шаг, ошеломленно гляжу на следы. Не может быть…. Только не он! Вот уж с кем мне точно не хотелось бы встречаться.
Не раздумывая, бросаюсь к воротам. Мне явно пора делать ноги. Неужели этот парень бродит где-то неподалеку!... Кошмар какой-то!
Уже прошмыгнув в ворота и закрыв их за собой, вспоминаю вдруг про телефон, оставшийся в кустах. Чертыхаюсь про себя. Как же не хочется возвращаться. Все во мне требует, чтобы я как можно скорее убрался отсюда. И все-таки. Это уже второй телефон, подаренный Соби, которого я лишусь за этот месяц, если удеру сейчас.
Заглядываю во двор. Прислушиваюсь. Никого. Сжимаю зубы. Ладно. Полминуты ничего не решат.
Припускаю обратно к окну. Опустившись на колени, торопливо обшариваю руками землю у корней. Ну, где же?! Где, черт тебя дери?! Кусая губы, поднимаюсь. Поспешно раздвигаю руками ветви кустов. Может, он просто застрял где-то? Взгляд шарит по веткам, натыкаясь на одни лишь листья. Едва не всхлипывая от нетерпения, забираюсь в куст чуть ли не по пояс. Не мог же мой телефон испариться?! Я точно помню, что он приземлился именно здесь.
Глаза, наконец, выхватывают в зеленом пестром хаосе небольшой серебристый корпус, застрявший наверху в сплетении веток. Едва не испустив вопль радости, подпрыгиваю, сбивая его рукой на землю. Торопливо подобрав, сжимаю в ладони.
А теперь скорее отсюда. Озираясь, спешу к выходу. Проскальзываю сквозь калитку, захлопнув ее за собой, даже не заботясь уже, что меня могут услышать. Припускаю вдоль забора, огибая дом.
Жуть какая-то. Я ведь даже не могу позвать Соби сейчас. Иначе опять придется врать, о том, что я здесь делаю. Или может все-таки вызвать его? Сказать, что мне до смерти захотелось увидеть маму. Поглядеть на нее в окно…
Нет. Кулаки сжимаются. Это было бы уже слишком. Я что ли с ума сошел, если допускаю возможность подобного. Просто…. Просто… Мне так страшно…. У меня такое ощущение, что за мной по пятам гонятся призраки. Поэтому в голову и лезет всякий бред.
Запыхавшись, останавливаюсь в конце тропинку и поворота на аллею. Оглядываюсь на крышу своего дома, темнеющую вдалеке на фоне неба.
Все это как-то слишком непонятно. Слишком нелогично. Если это действительно был тот, о ком я думаю, то, что он делал там внизу? Ну не гулял же. Если он приходил за мной, то почему не окликнул? Даже не попытался привлечь к себе внимание? Может, он все-таки меня не заметил? Или не хотел, чтобы я узнал его?
Слегка отдышавшись, устремляюсь вдоль аллеи к автобусной остановке. Торопливо иду по тротуару мимо фонарей и коттеджных подъездов, стараясь не сорваться вновь на бег. Как всегда слишком много вопросов. И как всегда все без ответа. Как бы ни обстояли дела, а задерживаться здесь мне сейчас так или иначе не стоит.

***
Я смог успокоиться только когда вернулся домой к Соби и закрыл на замок дверь. Съехав по ней спиной, шлепнулся на пол.
Здесь, в привычной защищенности этих стен, я уже не чувствовал себя таким уязвимым как снаружи. Даже собственные страхи постепенно начинали казаться надуманными и смешными. И с чего я решил, что это был именно тот парень. Не такая уж я и важная птица, чтобы мир вращался вокруг меня. Куда разумнее предположить, что кто-то посторонний зашел в наш двор и задержался немного под окном. А то, что я при этом оказался наверху, на балконе, можно счесть невероятным совпадением. Ведь бывают же такие. Как много людей предпочитают подобную обувь. Возможно, подошвы тех до ужаса знакомых мне сапог оставляют совсем другие отпечатки, а я, поддавшись своим благоприобретенным страхам, просто притягиваю факты за уши, состыковывая абсолютно ничем не связанным меж собой события.
Вздыхаю с некоторым облегчением. Да, все так. Я просто псих, который видит противника в каждой тени. Пора прекратить, а то я рискую заработать манию преследования.
Слегка расслабившись, запускаю руку в карман в поисках того трофея, ради которого я и пустился сегодня во все тяжкие, - записки с номером Зеро. Не знаю уж стоило ли оно таких усилий, но нехватка информации меня просто угнетает. Время идет, а я еще не готов ни к чему. Ритцу сказал, у меня есть неделя, но что если он ошибся?
Поднявшись на ноги, нетерпеливо скидываю обувь, стягиваю носки. Прошлепав босыми пятками к кровати, падаю на нее, подпрыгнув на слегка пружинящем матрасе. Набрав номер Зеро, вслушиваюсь в ровные гудки. Не отвечают, хотя соединение есть. Не слышат что ли?
Щелчок. Заспанный, неразборчивый и совершенно отсутствующий голос Нацуо заставляет меня удивленно вскинуть брови.
- Агенство гражданского сыска слушает. Представьтесь и изложите суть проблемы…
Конец фразы смазывается и перерастает в сонное сопение. Создается ощущение, что Зеро вновь засыпает прямо с телефоном в руках.
- Нацуо? Ты чего? - в полном замешательстве гляжу на сотовый. - Это я, Рицка.
- А-а-а… Здорова-а, - совершенно не меняя интонации монотонно вещает Зеро, - я тебя не узнал.
Хмыкаю. Ну, если учесть, что я даже сказать ничего не успел.
Из трубки слышится тихий скрип и шуршащие звуки. Зеро садится на кровати и протирает ладонью глаза.
- Ты прости, мы тут слегка не того. В смысле вообще совсем никак, - зевает,- щас, погоди, дам Йоджи трубку. Йоджи-и…. -трясет кого-то за плечо, - Йоджи, проснись, Рицка звонит.
Из телефона доносится недовольно – протестующие бурчание, с трудом складывающееся во фразу: «Отстань, я сплю».
- Йоджи, там Рицк…
Смачный глухой шлепок. Нацуо схлопотал с размаху по лицу подушкой. Отлепившись, она с тихим сухим шуршанием свалилась вниз.
- Гацтво, - с мрачной флегматичностью произнес Боец ,- он, значит, дрыхнет, а я как всегда отдувайся.
- Нацуо, - не знаю, плакать мне или смеяться, - хочешь, я позже позвоню. Мне не так уж и срочно.
- Да ладно. Я уже проснулся, - скрип половиц, Боец спускает ноги с кровати и встает, - просто эти ночные дежурства слегка выматывают.
- Дежурства?
- Ага… Мы тут себе работенку подыскали, по профилю считай. Устроились по объявлению в агентство частного сыска…- босые ступни Нацуо шуршат по полу, затем я различаю тихий плеск. Зеро наливает себе что-то в стакан, -…сначала как операторы на телефоне, а затем уже как штатные сотрудники… после того как Йоджи популярно объяснил этим ленивым жирдяям, что мы не мальчики на побегушках, чтобы посылать нас в закусочную за бенто.
Зеро хмыкает.
- Так что мы теперь детективы, прикольно, верно?
- Ну да. Ничего себе, - растерянно потираю ладонью лоб, - и как? Вам нравится?
- Ага. Неплохо так, - Страж отпивает из стакана, - сама работа правда дрянь, в очередной раз убеждаешься в никчемности человеческой натуры, но процесс затягивает. Бывают, правда, и забавные случаи, - Зеро ухмыляется, - у Йоджи, например, неплохо выходит вытаскивать пропавших хомячков из канализации.
- Заткнись, Нацуо…- издалека слышится невнятный, ворчливый голос Йоджи. - Всего раз такое было…
- О-о, наш Шерлок проснулся. Или ты у нас все же Эйс Вентура?- Боец тихо смеется в трубку. - Слышь, Рицка, если у тебя пропадет хомячок, ты знаешь к кому обращаться.
- Не смешно! - Что-то мягкое, кажется опять подушка, врезается куда-то рядом с Нацуо. - Ты, кажется не сильно жаловался, когда мы гуляли на комиссионные. Мог бы и не зубоскалить на этот счет.
Йоджи раздраженно вздыхает.
- Там у тебя Рицка? Давай его сюда. И сок заодно, я тоже хочу.
Слышу, как Нацуо идет обратно к кровати. Затем спустя несколько секунд в трубке раздается голос Йоджи.
- Ну, привет что ли. Чего не звонил так долго? Я думал, ты уже про нас забыл совсем.
Смущаюсь.
- Да, в общем… я тут … гощу у Соби на каникулах. Слишком много всего…
Зеро хмыкает.
- А. Ну тогда ладно. Прощаем. Ушки-то твои еще при тебе?
Вспыхиваю:
- Что?!!!
Он смеется.
- Да не парься. Я пошутил.
Невольно дергаю ушами, переводя дух. Ну и шутки у него.
Некоторое время в трубке слышится какое-то шуршание. Тихое удовлетворенное бульканье. Зеро пьет сок. Обреченно прислушиваюсь к этим звукам, понимая, что, в сущности, просто тяну время. Пытаюсь отсрочить момент, который так или иначе все равно наступит. Я должен узнать…
- Йоджи. Можно тебя спросить?
- Мммм? - Зеро отрывается от пакета с напитком. - Валяй.
- Те пароли, которые мы использовали, когда Нок взламывал сервер Школы… Ты сохранял их где-нибудь?
Пауза.
- Хм. А к чему такой странный вопрос?
В замешательстве обвожу взглядом стены.
- Просто так. Хотел удостовериться.
- Вот как значит, - Йоджи слегка цинично хмыкает, -интересненькие вещи ты «просто так» спрашиваешь, Рицка. Нет. Мы их все стерли. Что я идиот что ли, такое хранить.
Вздыхаю. Да-а. Можно поверить на слово. Йоджи даже обидеться, похоже, ухитрился за то, что я предположил подобное.
- Ясно. Извини.
- Постой. А если серьезно. Почему ты вдруг спросил? Случилось что?
Прикрываю веки. Имею ли я право тревожить их своими проблемами? У Зеро теперь другая жизнь. Они вроде ею довольны. Если не они передали пароли Соби, значит и впутывать их не стоит.
- Да нет… ничего.
- Ничего. Понятненько, - жесткая усмешка. - Не наше это собачье дело, значит.
Вздрагиваю.
- Йоджи!
- Что, Йоджи! - Пакет с соком с шумным плеском приземляется на что-то. - Рицка, я не понимаю, ты нам до сих пор не веришь что ли? Мы столько всякого дерьма хлебнули вместе, а стоит только чему-то случиться, так мы опять в пролете?
- Йоджи…- пытаюсь вставить хоть слово, но Зеро похоже уже понесло.
- Вот скажи мне, я или Нацуо обманывали тебя хоть раз? Какого черта, ты к нам так относишься?!
- Прости, - потеряно растираю лицо ладонью, - просто… я думал…
- А ты не думай… ты расскажи, - осторожно подсказывает Зеро, - слово за слово, глядишь все и прояснится. Давай, Рицка. Самому же легче станет.
Вздыхаю. Ну, если он так хочет…
- Дело в том, что Соби заходил в школьную базу данных, используя эти же пароли. Вот я хотел узнать, не вы ли ему их дали.
Тишина.
- Соби заходил в систему? - Йоджи осмысляет сказанные только что им же слова.
- Ну не дятел ли! Ну, вы подумайте только! Знал же и все равно полез! Кретин натуральный! Прям поверить не могу. Рицка, как ты такое допустил?!
Поникаю ушками. Сейчас мне еще и от Йоджи за это влетит. Он, как правило, в выражениях не стесняется.
- Я не знал.
- О, я в восторге! Не знал он, одуванчик хренов! Соби - Боец тебе или кто? Ты в ответе за него, черт подери! Какого лешего ты ничего никогда не знаешь?!
Утыкаюсь лицом в колени. И возразить-то нечего, потому что он прав. Прав на все сто процентов. Я все пропустил, не уследил за Соби и довел ситуацию до такого вот состояния. Я заслужил то, чтобы слышать все это в свой адрес.
- Эй, Йоджи, ну не дави на него,- приглушенный и слегка рассеивающийся голос Нацуо раздается совсем рядом. Наверняка он приник сейчас ухом к трубке с другой стороны и слушает наш разговор, - может, Рицка и правда не знал. Ты же знаешь Соби. Он же как истукан. Дави не дави, фиг добьешься от него чего-нибудь.
- Все в порядке, Нацуо, - смиренно выдавливаю из себя. - Он прав. Пусть говорит.
На другом конце воцаряется молчание.
- Хм. Ладно, - Йоджи похоже слегка остыл,- а хоть зачем он в базу лазал-то? Чего ему так сильно понадобилось там?
- Ну… он анкеты учащихся просматривал. Искал кое-кого.
- И кого? - вкрадчиво интересуется Йоджи, - хоть об этом ты в курсе?
Хотят знать.
- На меня напали и, в общем…. Я чуть не погиб. Соби пытался найти того, кто это сделал. Сильного Бойца лет примерно от тринадцати до тридцати мужского пола. Он затем и полез в Базу. Хотел меня защитить.
- Защитить, значит. Ну, это меняет дело. Хотя все равно, я этого не понимаю. Он же не вычислительная машинка, зачем надо было так поступать? Прям не знаешь, самомнение это или что?
Хмурюсь.
- Самомнение? Ты о чем, Йоджи?
- Рицка, ну ты посуди сам. Как много человек подходит под такие параметры? В базе Школы хранятся тысячи ученических анкет. Соби просто псих, если думал просмотреть их за одну ночь. Даже если сделать выборку, все равно на это недели не хватит. На что он рассчитывал не пойму.
- Недели не хватит, – автоматически повторяю я. В душе зарождается нехорошее подозрение. - Йоджи, а если их сохранить?
- А как ты их сохранишь то? Думаешь, ему дали бы скопировать все это?
- Но все-таки. Если бы он все же скопировал их? Что бы он с ними делал?
Йоджи задумывается.
- Ну, изучал бы, наверное. Искал бы подходящую кандидатуру на роль вселенского зла. Если не хотел, чтобы ты был в курсе, делал бы это тайком. Ночью там, например, или когда тебя нет дома. Соби же у нас как черт изобретательный, выкрутился бы как-нибудь.
Тихо выдыхаю сквозь сжатые зубы. Изучал бы, значит. Ночью. Вот чем ты занимаешься по ночам Соби. Давно мог бы догадаться и сам.
- Йоджи, у меня последний вопрос. Если бы ты был Соби, и тебе удалось все-таки скопировать эти анкеты, где бы ты их стал прятать?
- Хм. Рицка, ты, правда, думаешь, что он сохранил их? Но это же чушь. Сам знаешь, как трудно спереть что-нибудь из базы?
- Я сказал «если». «Если бы» Соби удалось…
- Ну… Есть конечно одно местечко… Не думаю, правда, что тебе это поможет?
- Йоджи. Где.
Он слегка вздыхает.
- Ладно. Скажу. У Соби кровать полая, ты знаешь. Там внизу ящики есть выдвижные, где он всякую фигню хранит. Краски свои, книги, тетради, альбомы - в общем, всю ту дребедень, которая в его шкаф не влезает. Мы рылись там однажды. Думали, может у Соби есть манга или журнальчики какие-нибудь прикольные. Ничего не нашли, зато обнаружили в правом ящике на дне у стены пакет с фотками ну и бумажки какие-то старые, то ли письма, то ли что. В общем если бы Соби понадобилось, что-нибудь спрятать, он бы наверняка засунул это туда. Там же никто кроме него не лазает. Но кой кому-нибудь еще сдались его альбомы с этими как их….. репро-дукциями.
- Понятно. Спасибо, Йоджи…
- Будешь выяснять?
-Я… не знаю, - отвожу глаза, - не решил еще.
- Мой тебе совет, выясни. Ты Жертва, Рицка, пойми ты, наконец. Тебе нельзя пускать все на самотек и дело здесь не в том хорошо это или плохо, а в том можешь ли ты себе позволить деликатничать в такой ситуации. Это ведь не вторжение в его личную жизнь, тебя это касается даже больше чем его. Лучше разберись во всем сразу, чтобы в будущем избежать кучи проблем. Хотя самым простым способом, на мой взгляд, было бы изловить Соби и учинить ему допрос с пристрастием. Если бы ты напрямик его спросил, он раскололся бы. Никуда б не делся.
- Йоджи, я не могу с ним на эту тему говорить.
- Это почему это не можешь? Кто тебе запретит то?
- Да не в этом дело. Просто…. пришлось бы очень многое объяснять. Я…. не знаю, как это сделать.
- Рицка, тебе же все равно придется ему рассказать. Как долго ты намерен тянуть с этим?
Вздыхаю.
- Я все понимаю, Йоджи. Просто… это тяжело.
Он слегка печально усмехается.
- Не знаешь, как признаться ему? Ну… я б на твоем месте тоже был слегка растерян. Если бы речь шла о Нацуо…. - Зеро вновь отпивает из пакета
- Рицка? – молчавший до этого Боец вдруг вступает в разговор. - А откуда ты узнал, что Соби заходил в Базу? Если ты еще не разговаривал с ним об этом …
Йоджи изумленно давится соком. Закашливается. Затем они оба затихают.
- Рицка? – вкрадчиво-ласковые интонации в голосе Жертвы Зеро заставляют меня поморщиться. - Ну и…
Прикрываю веки. И в кого Нацуо такой сообразительный. Вот ведь...
- Мне Ритцу сказал.
Йоджи шумно выдыхает
- Час от часу не легче! Как вы ухитрились пересечься? Тебе нельзя было с ним разговаривать…
- Я знаю, Йоджи, знаю. Так вышло… Я сам виноват. Вляпался как дурак. Мне устроили ловушку, а я туда сунулся. Теперь вот разгребаю последствия…
Йоджи вконец запутавшись, останавливает меня, пытаясь выплыть из потока слов.
- Так… Погоди… Рицка… Ты можешь по порядку?… Какая ловушка? Какие последствия? Объясни все толком!
Вздыхаю. Похоже, придется рассказать им о своем нелепом вояже в Игру. А я-то уж надеялся, что удастся обойтись без того, чтобы они узнали. Как это сложно признаться кому-то вроде Зеро, что ты повел себя столь глупо. Но может хоть совета у них спрошу.

продолжение в комментариях...

URL
Комментарии
2011-10-11 в 22:22 

Решившись, начинаю излагать все с самого начала, как просил Йоджи. Зеро слушают молча, только изредка до меня доносится тихие нецензурные комментарии. Нацуо шепотом от души высказывается о сенсее и его методах. После того как я заканчиваю приблизительный пересказ нашего с Ритцу разговора, в трубке еще какое-то время стоит тишина.
Прикрыв ладонью глаза, прислушиваюсь к тихому дыханию Зеро. Как долго молчат. Сердце болезненно сжимается. Мне ведь неважно, что они скажут, верно? Совсем почти неважно… Черт.
- Да-а… Дела, - тихо произносит Йоджи в конце концов, - знаешь, Рицка, я не виню тебя за то, что ты проговорился. Выдержать допрос Ритцу - такое не многим по силам.
Слегка шмыгаю носом. Они меня не осуждают. Как это странно. Я ожидал совсем иного. Не то чтобы оправдание Зеро было такой важной вещью, но все-таки… мне легче. Вот бы и Соби смог меня так же простить.
- Так значит ты поедешь в Семь Лун?
- Да. Я должен все исправить, раз Соби так глупо подставился.
Из трубки доносится тихое бормотание Нацуо.
- Или хотел подставиться.
- Что?
- Да так. Мысли вслух. Так, когда ты уезжаешь?
- На следующей неделе, наверное. Пока сроки подготовки к аресту Соби не истекли. Я должен успеть туда раньше, чем за ним придут.
- Понятно.
- Слушай, Йоджи. Мне надо с вами посоветоваться. Я не хочу впутывать вас во все это, но меня там точно будут спрашивать, каким образом я смог взломать систему Школы. Что мне ответить? Я не хочу, чтобы вы пострадали…
- Ты, правда, так стремишься уберечь нас?
- Да, - твердо заканчиваю, - вы не должны расплачиваться за мои ошибки.
Йоджи слегка вздыхает. Задумчиво цокает языком
- Есть, - щелкает пальцам, - скажи, что ты узнал электронный адрес Школы от Соби. Он твой Боец, никто не может запретить тебе спросить его об этом. А Соби теоретически не имеет права не ответить тебе. Делай вид, что ты лично знаком со всеми хакерами в Токио, а нас просто попросил вычистить Ноку память и содержимое компьютера, не объясняя причин. Короче, веди себя так, словно ты Нео и Джеймс Бонд в одном лице. Думаю, они на это купятся. В Школе ведь совсем тебя не знают.
С сомнением хмурю брови.
- Йоджи, я не уверен, что смогу сыграть такое.
- Сможешь, - светловолосый Зеро почти печально хмыкает, - куда ты, в сущности, денешься.
Усмехаюсь. Он прав.
- Ладно, Рицка. Держись там. И… удачи, - произносит Йоджи с искренней горячностью, -мы будем болеть за тебя. Ты главное не тушуйся. При напролом и все будет хорошо.
- Спасибо, Йоджи. Я запомню эти слова.
- Да не за что, - Зеро улыбается, - даже если у тебя не выйдет, ничего страшного. Главное, что ты хочешь попытаться. Для нас никто ничего подобного не делал никогда. Разве что Соби. И насчет него... Ты слышал мое мнение. Тебе надо все выяснить. Ну, все. Увидимся еще, я думаю. Пока.
- Ага. До встречи.
Отключаю телефон. Упав на кровать, смотрю в потолок. Итак, разговор с Зеро из списка дел можно вычеркнуть. Должно быть, это к лучшему, что они теперь в курсе всего. В случае чего, ничто не застанет их врасплох. Что у нас следующим пунктом? Как сказал Йоджи, я должен разобраться во всем. Все это зашло слишком далеко. Одно дело, если бы Соби просто проник в базу, используя незаконный доступ. Тоже проступок, конечно, но не такой уж серьезный. Но он, похоже, вытащил из системы информацию, а это все здорово усложняет. Получается, он совершил по сути то же преступление, что и я. Но если мне, по словам Ритцу, это еще могло бы сойти с рук. Я посторонний. По меркам Школы вообще никто, но Соби… Он же наверняка присягу, какую-нибудь приносил или что у них там вместо нее. В любом случае, он был в курсе Правил. А значит, поблажек ему никаких не будет.
Обреченно вздохнув, стукаю свисающей с кровати пяткой по деревянному корпусу кровати. Подиум отзывается глухим гулом и легкой вибрацией.
Итак, быть или не быть. Окончательно предать себя, докапываясь до истины, или оставить все как есть, позволив событиям идти своим чередом. Но я ведь давно понял про себя, что не могу стоять в стороне. Что мне остается? Пожалуй, только найти этот диск. Или удостовериться, что его не существует. Иными словами сделать хоть что-то, что как-нибудь повлияло бы на ситуацию.
Прикрыв глаза, смиряюсь с этим решением. Съехав с кровати на пол, напряженно смотрю на выступающий из-под матраса ящик, опустившись рядом на колени. Кладу руку на хромированную ручку.
Ну же. Я должен это сделать. Соби ведь не прекратит просматривать анкеты по ночам. А если кто-нибудь явится сюда в наше отсутствие, обыщет весь дом и найдет их? Хорошо, если Соби их нормально спрятал, но что если они и впрямь лежат под альбомами, на дне ящика. Там же любой дурак их найдет, если задастся целью. И тогда я буду до конца жизни корить себя за нерешительность. Знаю, что буду.
И потом. Я мог бы хотя бы помочь Соби. К этим анкетам наверняка прилагаются фотографии. Мне достаточно один взгляд на них бросить, чтобы понять, есть ли среди этих людей тот, кого Соби ищет. Я, наверное, долго еще не забуду лицо того парня. Если его анкета есть среди тех, что Соби возможно сохранил, то я ее быстро нашел бы. А если ее там нет, то Соби мог бы не тратить зря время, и мы с чистой совестью смогли бы уничтожить чертов диск.
Роняю голову. Ушки никнут, а лежащая на ручке ящика рука сжимается. Столько аргументов «за» и только один «против». Я просто не в состоянии так поступить. Я ведь сам так злился на Соби за то, что он все всегда делает за моей спиной. Мне казалось - это несправедливо. Но если я сейчас открою ящик, то, получится, я поступлю так же. Даже если не найду там ничего - действие останется совершенным. Я буду рыться без спроса в вещах Соби, то есть совершу поступок, который никак не назовешь честным. Впрочем, все это уже давно в прошлом. Я столько раз лгал. Хоть раз сделаю это, потому что так будет правильно.
Всхлипнув, рывком выкатываю ящик. В отчаянии смотрю вниз, на заботливо уложенные в нем стопками журналы, книги и тетради. В углу в пластиковом поддоне хранятся чисто вымытые тушечницы и подставка с кистями. Большие альбомы с репродукциями известных художников занимают почетное место в левом углу. Лежащий сверху, тускло сверкает в приглушенном, падающем из окон свете глянцевой суперобложкой.
Потянувшись вниз, провожу рукой по изображенному на ней легкими, воздушными мазками летящему белому журавлю. Он почти такой же, как тот, что мы привезли вчера из Осаки. Почти такой же…
Резко выдохнув, захлопываю ящик. Не могу.
Мелко вздрагивая, утыкаюсь лицом в кровать. Сжав веки, зарываюсь в покрывало, позорно хлюпая носом.
Ну почему? Почему я не могу? Я же все себе объяснил. Во всем с собой согласился.
И все равно… Разум понимает, а сердце…
Повернув голову, тускло гляжу в сияющий прямоугольник балкона.
Йоджи прав. Из меня дерьмовая Жертва. Даже переломить себя не в состоянии, когда нужно. Ритцу и то в этом смысле последовательнее меня. Делает, что считает нужным, добиваясь своего любыми средствами, не оглядываясь ни на что, а я... Просто тряпка какая-то. Натворил бед, а теперь ношусь со своей праведностью, будто от нее кому-нибудь может быть польза. За что я цепляюсь? За свои попытки остаться хорошим мальчиком? За последние представления о честности? Я и так уже предал Соби столько раз. И теперь предаю снова своим малодушием. Соби ведь даже не знает, какая опасность ему угрожает из-за того, что он хранит эти анкеты. Он-то наверняка уверен, что ему все удалось. Думает, что смог остаться незамеченным, и только я знаю, как на самом деле отстоят дела. И я мог бы помочь ему, но не делаю этого. Просто трусливо сбегаю, позволяя происходящему и дальше катиться по наклонной. Не могу заставить себя найти эти дурацкие анкеты, чтобы раз и навсегда выяснить все до конца и уничтожить их. Слабак, ничего не скажешь. Белоручка чертова!
Кулак с силой врезается в плоскость кровати, заставив пружины вздрогнуть и зазвенеть. Рывком переворачиваюсь на спину, невидящим взглядом натыкаясь на стены. Они давят на меня. Еще чуть-чуть и у меня случится приступ клаустрофобии.
Вот значит как. Пора бы уже признаться себе в своей никчемности и не испытывать больше иллюзий на свой счет. Трус, лжец и эгоист, который позволяет близкому человеку скатываться в пропасть, опасаясь запачкать руки... И можно поставить жирную точку в конце этого определения, поскольку другого я не заслуживаю.
Что мне остается? Только поговорить с Соби. Выложить все начистоту и ждать свой приговор. Наверняка он уничтожит меня, но что делать, если я не в силах отстоять нас самостоятельно. Каким бы я ни был неопытным и бесполезным, но я должен был решить все сам, а не перекладывать эту ответственность на его плечи. Пусть Соби оценит, насколько я жалок. Пусть поймет, как ему не повезло с Жертвой. Его разочарование и укор я приму почти с благодарностью.

URL
2011-10-11 в 22:23 

***
- Спасибо, Йоджи. Я запомню эти слова.
- Да не за что. Даже если у тебя не выйдет, ничего страшного. Главное, что ты хочешь попытаться. Для нас никто ничего подобного не делал никогда. Разве что Соби. И насчет него... Ты слышал мое мнение. Тебе надо все выяснить. Ну все. Увидимся еще, я думаю. Пока.
- Ага. До встречи.
Гудки….
«Представление окончено».
Слегка улыбнувшись, Нисей изящным жестом скидывает на шею тяжелые круглые наушники. Потянувшись к стоящему внизу под столиком полуоткрытому строгому кейсу, выключает запись на спрятанной внутри аппаратуре. Блаженно вытягивается в глубоком, удобном кресле, по губам скользит удовлетворенная улыбка.
«Вовремя ты уронил свой сотовый, малыш. Столько всего полезного узнали, не передать прямо. Сеймей будет мной доволен».
Нисей жмурится.
«Да, он будет очень доволен. Я прямо слышу, как он говорит мне: Хорошая работа, Нисей. Ценю твою сообразительность и оперативность. Молодец».
Лукаво усмехнувшись иголками губ, он обводит глазами интерьер небольшого ресторанчика, оформленного во французском стиле. На стенах вместо обоев светлые гобеленовые панели с мелким узорчатым рисунком. Высокие потолки дополняются изящными хрустальным люстрами. Тяжелые гардины обрамляют высокие узкие окна с выгнутыми аркообразными карнизами. Полукруглые кресла-диваны окружают свободно отстоящие друг от друга хрупкие с виду столики, меж которыми снуют официанты в темных жакетах, накрахмаленных белых рубашках и фартуках. В воздухе витает сладкий запах свежей выпечки.
Придерживая пальцами крохотную чашечку из хрупкого фарфора, Нисей с видимым удовольствием вдыхает исходящий из нее тонкий аромат кофе с корицей.
«Мммм… Какая прелесть… Обожаю.»
Он с удовольствием отпивает из чашечки.
«Так значит Агатсума разыскивает меня? Надо ж, какой обидчивый. Ну, тогда его ждет сюрприз».
Нисей усмехается.
«Да. Большо-ой сюрприз».
Сделав еще несколько неторопливых глотков, смакуя вкус, он отставляет крошечный сосуд. Взгляд задумчиво скользит по кейсу с аппаратурой.
«А Рит-тян не промах. Столько шуму наделать…. Способностью приковывать к себе всеобщее внимание он напоминает мне своего старшего брата. Сразу видна родственная связь».
Допив кофе, Нисей снимает наушники, неспешно собирая кейс. Защелкивает замки, явно намереваясь уйти вскоре.
«Однако же любопытно как все повернулось. Так значит, этот старый скупердяй Минами все-таки добрался до Рит-тяна. Скверно. Возможно, это побудит Сеймея несколько форсировать события. Ему это явно не понравится. Но ничего не поделаешь. Значит, так тому и быть».
Непринужденно выпрямившись в кресле, Нисей легким жестом привлекает к себе внимание одного из служащих.
- Официант. Счет, пожалуйста.

URL
2011-10-11 в 22:28 

Соби.
Я не заметил, как пролетел этот день. Утреннее собеседование вышло довольно утомительным, и сопровождалось заполнением массы анкет и тщательным рассмотрением моего портфолио. В итоге мне выдали несколько тестовых заданий, призванных позволить на практике продемонстрировать мою способность воплощать на бумаге не отвлеченные, рисуемые воображением картины, а образы чего-то конкретного, как и подобает при работе иллюстратора. Некоторые из тестов довольно просты. Нет ничего сложного, на мой взгляд, в том, чтобы воссоздать сюжеты, заключенные в трехстишиях Басё. Надо только следовать своему воображению, позволив прекрасной картине войти в тебя и раскрыться. И тогда вложенные в стих чувство и настроение сами выплеснутся на лист рисовой бумаги.
Я делал так не раз. Многие из моих работ рождались под впечатлением от классических произведений поэтов. Но как, к примеру, отобразить мысли, заключенные в философских трудах Такуана Сохо. Очень сложно воплотить графически глубину познания, состояние разума или качества характера. Это все равно, что рисовать биение сердца. Кажется, с этим заданием у меня будет много хлопот. И вместе с тем это весьма интересный вызов. Мне подобные вещи нравятся.
Поднимаю выше на плече сползающую сумку. Я скоро уже доберусь до дома. Минут десять осталось. Надо всего лишь пройти по улице вдоль подножья холма, а затем подняться наверх. Правда, я слегка вымотался. Потратить весь оставшийся световой день на то, чтобы рассортировать вещи Кио, разложить их по коробкам и погрузить в машину…. А затем втащить на этаж его временной городской резиденции…. Кио определенно рассчитывал слишком на многое, если полагал, что я останусь еще и на ночь, чтобы помочь ему все это разобрать. На этот раз у меня хватило сил, чтобы выдержать и стенания и обиженный, потерянный взгляд и комментарии вроде: «Я погибну тут в одиночестве, и это будет твоя вина, Со-тян!»
Он, конечно, это несерьезно, но когда на Кио нападает это его ребячески-легкомысленное, напористое настроение, сопротивляться ему становится ужасно трудно. Не хватает ни серьезности, ни аргументов, ни резких отповедей. Остается только молча одеться и уйти. Что я собственно и сделал.
Свернув к дому и поднявшись немного вверх, оглядываюсь на сбегающую к подножью холма, становящуюся более пологой дорогу. Пересекая перекресток, она идет дальше, истоньшаясь и теряясь вдалеке… Создавая впечатление, что она уходит прямо в пасмурное небо. Погружается в него, минуя линию горизонта. Мелкий моросящий дождь, рассыпая вокруг искры водной пыли, погружает окружающее пространство в мягкий туман, делая его зыбким, нереальным. Красно-фиолетовый закат, окрасивший край чистого неба за моей спиной создает восхитительное ощущение, своим насыщенным багровым цветом окаймляя серые облака, придавая им теплые пастельные оттенки, заставляя светиться изнутри. Прекрасно. Запрокинув голову, улыбаюсь, подставляя лицо мелким прохладным каплям. Я хотел бы, чтобы Рицка тоже смог увидеть это. Может предложить ему бросить все и погулять под дождем? Надеюсь, он не сочтет эту идею безумной.
Знакомые дрожащие волны неожиданно вторгаются в сознание, разрывая жестким звоном окутавшую меня безмятежную тишину. Вздрагиваю, застыв на месте. Это контакт. Здесь рядом находится Страж. Причем довольно сильный, насколько я могу судить. Звук соприкосновения все еще стоит в ушах.
Исподволь обегаю глазами пустынную улицу.
Если это за мной, то они не станут скрываться. Теоретически я должен сразу их обнаружить. Внимание притягивает чей-то напряженный взгляд, он словно шершавый наждак проходится по коже. Незаметно поворачиваю голову и тут же замечаю их. Так и есть. Вот они. Двое парней непринужденно расположились в полукруглой беседке в тени небольшого сквера. Похоже меня ждали.
- Эй. Агатсума! Ты бы хоть поздоровался. Мы ведь к тебе как никак.
Ленивым движением поднявшись со скамейки, они спускаются вниз по ступенькам.
- Неужели? - отстраненно наблюдаю за их маневрами, изучая взглядом. - И чем же это я заслужил такую честь?
Им на вид не больше пятнадцати. Слишком молоды для «расстрельной команды» Семи Лун. И слишком самоуверенны. В каждом движении сквозит заносчивость.
- Не строй из себя дурачка, Агатсума. Ты прекрасно знаешь, зачем мы здесь. Мы пришли, чтобы забрать тебя.
- Вот оно что, - склонив голову, засовываю руки в карманы плаща. Самоуверенность, перерастающая в наглость - не люблю подобное сочетание.
- Я смотрю, вы не из тех, кто сильно озабочен соблюдением правил. Разве вам не полагалось предложить мне вызвать свою Жертву?
Не то чтобы я и впрямь желал втравливать в это Рицку, но хотелось бы узнать, какими соображениями руководствуются эти двое, выбирая образ действий.
- Тебе ли заикаться о правилах! Отступник….- рука одного из них, кажется Жертвы, сжимается в кулак, - но если хочешь знать, Loveless –следующий в нашем списке. Мы заберем его, когда разделаемся с тобой.
Они даже не скрывают, что намеренно пренебрегают Кодексом Дуэлей. Однако. Их тактика в этом случае может содержать много грязных трюков. Рицке точно здесь не место.
Поднимаю глаза.
- Могу, я хотя бы узнать, с кем имею дело?
- Это как пожелаешь, - в сгущающемся полумраке их глаза вспыхивают странным огоньком.
- Мы - Зеро….

Рицка.
Я весь извелся, пока ждал Соби. Не зная, чем занять себя, бродил из угла в угол, сжимая в руке телефон. Где он может пропадать так долго? Ведь уже почти девять часов. Неужели переезд Кио отнял у него столько времени? Может все-таки позвонить?
Вздыхаю. Позвоню. Даже если он еще не освободился, мне может быть станет немного легче.
Раскрыв телефон, нажимаю на кнопку вызова. Проходит секунда… другая… Слишком долго.
«Аппарат вызываемого абонента выключен или находится вне зоны действия сети…»
Что?! Мои глаза широко распахиваются, я смотрю на телефон. Что за!… Опять?!
И тут меня накрывает странная мягкая волна. Это напоминает погружение под воду. Словно проходишь некий упругий барьер. Я впервые так четко чувствую это. Раньше это ощущение миновало меня почти незамеченным, даже, несмотря на то, что Соби был рядом. Это загрузка боевой системы.
Черт!!! ЧЕРТ!!!!
Срываюсь с места, хватая с вешалки куртку. С трудом попадаю босыми ногами в кеды. Одевать носки некогда. Телефон я запихиваю в карман уже на лестнице, пока бегу вниз, перепрыгивая через две ступеньки. Горло душат злые слезы.
Соби!!! Чтоб тебя!!!
Выбегаю во двор и останавливаюсь, тяжело дыша. Куда мне двигаться? В каком направлении!? Я же не имею ни малейшего понятия, где он. Он может быть рядом, а может – в десятках километров. Токио – огромный город!
Зубы сжимаются. Есть правда еще одна возможность. И плевать, что я ни разу не проверял ее на практике.
Вновь срываюсь на бег. Дорога стелется под ногами, пока я несусь вперед, все больше набирая скорость.
Пространство- это иллюзия…
Руки работают в бешенном темпе.
Расстояние-это иллюзия…
Мое горячее дыхание быстрыми толчками выплескивается в сырой воздух, стелясь по щекам.
Весь мир - всего лишь воплощенный образ.
Капли дождя, стекая по лицу, срываются назад.
Мое тело – лишь оболочка для души и разума.
Закрываю глаза, крепко-крепко стиснув веки. Теперь я уже не вижу куда бегу.
Материя управляется сознанием. А я управляю им.
Не дать себе испугаться. Не дать себе сомневаться! Весь мир - это иллюзия формы! Преград меж нами нет! Соби!...
Тянусь вперед. Наша связь – единственное, что реально. Ты – единственный, кто реален. На самом деле ты рядом, Соби… Ты рядом… Ты прямо передо мной…
Я врезаюсь в кого-то настолько неожиданно, что у меня перехватывает дыхание. Сила удара такая, что меня отбрасывает назад и больно прикладывает о землю.
С тихим стоном, прижимаю ладонь к пульсирующему лбу. Похоже, я все-таки сбил кого-то. Добегался. Идиот.
- Рицка!
Мои глаза широко распахиваются, я рывком сажусь.
- Соби?…
Прижимая локоть к груди, он приподнимается, опираясь рукой о землю в паре метрах от меня, и глядит с нескрываемым изумлением. Пожалуй, я впервые вижу его настолько удивленным.
- Рицка, как…как ты оказался здесь? Как тебе удалось?!
Меня неожиданно охватывает жгучая злость.
- Нет, это ты лучше ответь мне! Какого черта ты опять решил драться в одиночку!
- Ох…- он зажмуривается, в картинном испуге вжимая голову в плечи, - лучше б я и впрямь отключился.
Соби!!! Нашел время шутить!!!
- Loveless? Какой сюрприз.
Этот холодный насмешливый голос заставляет меня встрепенуться и взвиться на ноги.
Они стоят в метрах десяти от нас. Оба темноволосые, высокие, поджарые. Их блестящие глаза горят каким-то стальным бесноватым огоньком.
- Не ожидали тебя здесь увидеть. Что ж так даже интереснее.
Черт! Я же только вчера разговаривал с Ритцу-сенсеем! Он обещал дать мне время на раздумья!
- Кто это?
Соби уже поднялся и встал так, чтобы я вновь оказался за его правым плечом. Сняв очки, он складывает их, опуская в карман пальто.
- Это Зеро.
Опять?! Перевожу взгляд на наших противников, те в предвкушении ухмыляются. Зеро - творения Нагисы-сенсея. Возможно, Ритцу на этот раз ни причем.
- Начинаем, - Соби вскидывает руку, - я вызываю вас…
- Мы принимаем! Мы - Зеро…
Дальше они начинают говорить свою соединяющую фразу. Соби оборачивается ко мне через плечо. В глазах его улыбка.
- Рицка, ты сердишься?
Подхожу ближе, обхватываю его рукой за отворот воротника и тяну на себя.
- Очень. Я просто в ярости.
Его губы уже рядом с моими. Подаюсь вперед и жарко приникаю к ним, чувствуя, как по коже струится дрожь.
- Используй мой гнев! Победи!

URL
2011-10-11 в 22:29 

***
- Будет исполнено, Повелитель!- Поднимаюсь, ощущая, как его сила мягкой волной входит в мое тело. Это странное ощущение. Словно свечение наполняет изнутри каждую клеточку тела, расширяя доступное мне пространство. Оно становится больше, ярче и окрашенное сейчас огнем его гнева вздрагивает внутри, раздаваясь вовне. Меня охватывает странное чувство ликования, смешанного с горечью.
Рицка просто невероятен. Он все-таки нашел меня, маленьким сердитым метеором ворвавшись прямо в арену для боя. Сумел преодолеть разделяющую нас грань реальности, чьи похожие на негатив фотопленки контрастные контуры проступают сейчас сквозь иррациональную материю нашей персональной вселенной, простирающуюся вширь и вдаль на непознанную, космически темную глубину.
Я не сомневался, что Рицка сможет ощутить загрузку системы. Он уже достаточно силен как Жертва, чтобы чувствовать подобные вещи, но такого я действительно не ожидал. И теперь он подвергает себя опасности.
Мои чувства привычно обостряются, откликаясь на готовность к битве. Надо закончить все как можно быстрее. Я не могу позволить, чтобы Рицке причинили вред.
Вскидываю руку.
- Страданье плоти – ее сила. Без них она безжизненной скале под стать! Застынь! И в камень обратись!
Доспех из литого гранита. Я четко вижу его, заключаю в него тела наших противников. Образ срывается с кончиков пальцев, чтобы вспыхнуть в воздухе огненным иероглифом. Сила заклинания движимая моей волей устремляется вперед, преодолевая расстояние между нами и Зеро.
Боец вскрикивает от неожиданности. Темная плотная корка бежит вверх по его локтю и обхватывает плечо.
- Отрицаю! - судорожно вскрикивает он. - Форма не важна, мой дух -ее опора! Силы нет в твоих словах!
Гранитный панцырь, почти полностью сковавший его тело, разлетается. Боец чуть приседает, прожигая меня яростным взглядом, и шипит:
- Ну, держись, сволочь! Я достану тебя!
Стискиваю зубы. Сообразительный. Это может оказаться сложнее, чем я думал.
Его рука взлетает.
- Железная дева! Пусть тернии шипы свои вобьют в их плоть! Умрите!
- Защита! - мои руки рассекают воздух. Энергия, рожденная мощным позывом отразить нападение, выплескивается наружу, раздаваясь вокруг охранным куполом. Вовремя. Со свистом и грохотом хищные кажущиеся живыми металлические змеи, лязкая шипами, врезаются в щит, оплетают его, проскребая по его поверхности, сжимая кольца.
- Захват и рассечение!
Сквозь ставшую матовой стенку сферы, вижу, как Боец Зеро с дьявольской усмешкой накидывает тянущиеся к нам стальные лозы на локоть, чтобы с силой дернуть на себя! И тогда наша защита лопнет как воздушный шар!
- Тому, кто чист, не страшно наказание! Зло причиненное напрасно, вернется с силой пятикратной!
Лицо Бойца искажается. Он понял, что я намерен предпринять. Но отменить собственное действие уже не может.
Кольцо сжимается, сминая сферу, она поддается, вливаясь в это движение. Скользит, вращается, закручиваясь в воющий вихрь, своей центробежной силой выталкивая образовавшуюся спираль вовне. Шипы со свистом мелькают, разматываясь, как гигантская катушка. Складываясь, словно пружины, металлические лозы устремляются обратно к Зеро.
- Нулевой эффект!
Страж судорожно вскидывает руку, защищаясь. Он не может полностью погасить собственную атаку, помноженную на мою силу, ему остается только попытаться уменьшить вред.
Шипы втягиваются. Получившиеся толстые стальные канаты, хлыстами проходятся по их телам, оставляя багровые полосы. Боец пошатнувшись, падает на одно колено. Его Жертва, устояв на ногах, складывается пополам, но не от боли, а от силы удара. Они почти не заметили причиненного их телам вреда. Для простого человека шок был бы неизмеримым, мне ли не знать. Но это Зеро.
- Оковы! - я не намерен давать им возможность опомниться! - Разум и тело да скуют они!
Агнец шипит рассерженной коброй. Сияющие браслеты охватывают его лодыжки, цепи приковывают к земле.
- Размажь его!- он яростно смотрит на своего Бойцаю. - Бей по Жертве!
Вздрагиваю. Ну, нет! Этому не бывать!
- Четвертование! – бесполезно применять к ним болевые атаки. Мне нужно причинить им серьезный физический вред. - Да распадутся на части ваши тела!
Боец оскаливается.
- Не на тех напал. Защита!
- Соби, они не поддадутся так, - тихий голос Рицки раздается будто возле уха. Стоя сзади в метре от меня, он едва шепчет, но я прекрасно его слышу. Наша связь сильнее теперь.
- Боль и даже увечья их не остановят, нужно найти какой-нибудь иной способ воздействия, который лишил бы их способности к бою.
Это я понимаю и сам. Но подобное довольно непросто сделать. Обездвижить их я уже пытался, они не поддались. Трюк с холодом скорее всего уже не сработает, наверняка это предусмотрено. Что еще можно задействовать? Сердцебиение? Дыхание?
Губы трогает жесткая улыбка. А вот это вполне может сгодиться.
- В великой пустоте рожденный вдох, пусть растворится, потеряв источник. Вакуум!
Привыкнув к силовым атакам, не ожидая подобного, Боец Зеро пропускает атаку. Вздрагивает, хватаясь за горло. Рухнув на колени, тщетно силится восстановить дыхание. Защитная оболочка бледнеет, он неуклонно теряет над ней контроль. Его Агнец, упав рядом, встряхивает его за плечи, пытаясь привести в чувство.
- Ты что творишь, псих! - с яростью смотрит на меня. - Отпусти его!
Шея Жертвы вспыхивает сиянием. Оковы смыкаются на ней, пережимая горло, заставив его захрипеть. Боец бьется на земле, пытаясь сделать вдох, пальцы бессознательно сжимаются.
- Соби, что ты делаешь?! Ты же его убьешь! – Рицка хватает меня за рукав, похоже, он совершенно ошеломлен происходящим.
- Не стоит вмешиваться, - напряженно слежу за Зеро. - Еще немного и мы выиграем. Их Агнец не станет рисковать своим Стражем. Он прекратит бой.
- А если нет?- Рицка в ужасе оглядывается на мечущемся в чем-то напоминающем конвульсии Зеро. – Я не хочу так! Хватит, Соби!
Он что ли не понимает?
- Рицка, ты напрасно жалеешь их. Они не будут настолько благородны по отношению к тебе.
Он кусает губы, крепче стискивая пальцами материю плаща. Встряхнув головой, сжимает дрожащие веки.
- Не важно. Остановись. Это приказ.
С силой выдохнув, опускаю руку, прекращая воздействие заклинания. Боец делает судорожный вдох, наполняя легкие воздухом, лихорадочно цепляется за Жертву. Тот обхватывает руками его голову, прижимая к себе, вскидывает на меня ненавидящий взгляд.
- Ты настоящий ублюдок, Агатсума. Тебе мало сдохнуть за это! Таким отбросам, как ты нет места на земле!
- Заткнись! Ты ни черта не знаешь! - дернувшись вперед, Рицка в отрицании резко рубит ладонью воздух. - Забирай своего Бойца и уходи! Пока не стало хуже!
- Ты думаешь, мы отступим?! Сдадимся вам? - Агнец поднимается на ноги, поддерживая своего Стража за плечи. - Вы просто мусор, отбросы! Проигрывать вам слишком много чести!
От неожиданности Рицка отступает на шаг. С сожалением оглядываюсь на него.
- Это бесполезно, - поднимаю руку, - здесь не о чем говорить. Огонь!...
Боец выпрямляется, принимая удар на шит. В глазах загорается мрачное раздраженное негодование пополам с жаждой мести
-Усилия пусты и труд напрасен. Дрогнула твоя рука, а дух ослаб! Ты промахнулся, ты захватишь только воздух! Крах и погибель ждет изгоев и лжецов!
Щит Зеро вспыхивает, расширяясь. Как же сильна его уверенность! Посланная мной вперед, обращенная в образ сила искажается, захваченная магией чужих слов, размывается, истончаясь, и гаснет, разбрызгивая вокруг всполохи пламени.
Жертва Зеро вскидывает голову, пожирая нас глазами.
- Да вероломный не избегнет мщения! В бессилии пади пред нами на колени! Ворам, изменникам прощенья нет!
Мои руки и ноги парализует слабостью. Она придавливает меня к земле, гранитной плитой вжимая вниз плечи.
Зеро. Они пользуются моей пошатнувшейся, запятнанной честью Стража. Надо преодолеть это в себе иначе, я эти чувства подчинят меня и заключат в оковы.
- Отрицаю. Мой Агнец – мой закон, моя опора! Все прочее – лишь суета и тлен!
Их слова соскальзывает с меня словно вода. Осознание своей правоты придает сил. Их потуги кажутся сейчас такими ничтожными и мелкими. Что они понимают в верности и долге? Я могу хоть сотню раз быть изгоем и отступником для них. Но перед своим Повелителем я чист. И ничто не пошатнет мою веру в оправданность всего прочего.
Рядом я слышу тихий стон. Стремительно обернувшись, вижу, как руки Рицки стискивают сияющую цепь, тянущуюся от оков на его горле. Упав на колени, он задыхается, пытаясь преодолеть это давление.
- Рицка!
Бросившись к нему, обхватываю его за плечи. Приподнимаю, заглядывая в наполненные мукой глаза.
Как они сумели достать его? Я не заметил атаку? Это невозможно!
- Разомкнуть!- мой повелительный жест замирает в воздухе.
Оковы вспыхивают стальным блеском, но остаются на месте. Они не подчинились мне! Но это возможно только если…Взгляд скользит вверх, перемещаясь на дрожащие сомкнутые веки,- только если Рицка сам их создал…
- Эй, Агатсума! А Агнец-то твой с гнильцой, оказывается, - издевательски ухмыляется Боец,- ничтожество…
- Смотри, как его от наших слов перекосило!- ухмыляется Жертва. - Эй, Loveless! Скрываешь что-то? Лжец!
Рицка вздрагивает как от удара. Голова болезненно дергается в сторону. Два сияющих кольца стискивают его запястья, заставив застонать от боли.
Проклятье! Как этому воспрепятствовать?!
- Рицка!- в отчаянии встряхиваю его за плечи. - Рицка, очнись! Не поддавайся!
- Ты, похоже, кругом всех дуришь, Loveless, - надменный, обвиняющий голос Жертвы Зеро заставляет меня сжать зубы, - а твой Боец, он тоже для тебя игрушка?!
Хрупкое тело в моих руках сводит судорогой. Колени и лодыжки стягивают сияющие обручи. Рицка поднимает на меня взгляд, полный смятения, страха и мольбы.
- Соби, я… прости.
- Поток! Да смоет скверну он и грязь с лица земли!
Я едва успеваю отразить эту атаку. Кипящая волна обрушивается на выставленный щит, заставляя его дрожать и прогибаться. Наша защита слабеет, потому что поток сил, что отдавал мне Рицка почти иссяк. Он бессознательно отторгает меня, пытается разорвать нашу связь.
- Рицка…- обнимаю его, потерянного и дрожащего, - не сдавайся. Что бы ты ни делал, что бы ни говорил, ты мне нужен, - прижимаюсь щекой к его лбу. - Не отказывайся от меня. Прошу тебя, держись!

URL
2011-10-11 в 22:30 

Он шумно вздыхает, вцепляясь пальцами в ткань рубашки, вскидывает взгляд, щеки мокрые от слез.
- Соби…
Сфера продолжает неуклонно гнуться, уступая беснованию ревущей стены воды. Почти ощущая уже всем телом ее многотонный, давящий холод, слегка улыбаясь, стираю ладонью влажные дорожки с лица Рицки.
- Нашел, кого слушать. Наши враги пытаются сломить твой дух. Неужели ты это допустишь?
- Ты прав. Такого больше не повторится, - шмыгнув носом, Рицка зло сощуривается, - сделай то, что должен, Соби. Я верю, что у нас выйдет.
Люблю, когда он такой. Отчаянный и непримиримый. Рицка.
Наклонившись, обнимаю его губы своими. Привкус соли добавляет остроты нашему поцелую. Ощущаю, как вспыхивает внутри меня огонек его воли. Слишком мало против такого противника, но видимо большего уже не достичь. Рицке сильно досталось, и времени нет, чтобы сделать сейчас что-нибудь большее. Ничего. Мы справимся. Он желает моей победы и это главное.
Осторожно усаживаю его. Оковы уже не позволяют ему стоять, но все-таки он держится, выпрямляясь на земле. Сделав над собой усилие, заставляю защитный купол раздаться в стороны, отбросив атаку. Бушующие волны, изойдя брызгами, растворяются в темноте. Невдалеке я вижу Зеро.
- Эй, предатель! Не натешился еще? Смотри, не сломай свои игрушки….
Вижу, что Рицку продергивает от этих слов, но он не поддается, а только крепче сжимает зубы.
- Сами вы игрушки! Пустые оболочки без души! Вы просто куклы! Шахматные пешки! На самом деле никому до вас нет дела!
- Ну, ты! Молчал бы! - Жертва Зеро чуть ли не ощетинивается. - Не тебе об этом судить!
-Не нравится?!- Рицка недобро усмехается. - Вы думаете, что исключительные, но это не так. Вы только набор лекал, поточная штамповка. Думаете, ваши создатели огорчатся, если вы погибните?! О вас не вспомнят через неделю и создадут других!
- Заткнись!- Боец Зеро оскаливается. - Что ты несешь?! Много ты знаешь!…
- Я знаю, что таким как вы никогда не стать ни для кого кем-то важным, - Рицка выдыхает, сжимая заключенную в оковы руку в кулак, - вам даже имен не дали, вы просто Ноль. Ущербные механизмы для убийства, вот что вы такое! Никем иным вам никогда не стать!
Оба Зеро в неистовом протесте подаются вперед. Они поглощены этими словами настолько, что не видят ничего вокруг.
- Оковы! Сомкнитесь!
Зеро пропускают атаку. Огненные обручи охватывают их запястья, сдавливая, стягивая вместе одной цепью. Агнец падает на колени, разражаясь проклятиями. Приподнимаясь, он исподлобья смотрит на Рицку, прожигая его взбешенным взглядом.
- Ты еще наплачешься у меня.
Озирается на своего Бойца.
- Достань этого маленького ублюдка! Выколи ему глаза! Мне не нравятся, как они смотрят!
- С удовольствием! - Страж поднимает голову, и во взгляде вспыхивает звериный огонек.
- Стальные жала, насквозь пронзите, пусть свет померкнет, а разум захлебнется болью…
Печать этих слов вспарывает воздух. Поток из тонких стремительных игл, блеснув в пространстве, мчится к нам. Он действительно напоминает рой рассерженных ос, но эти куда более опасны.
- Защита!- на выдохе вскидываю руки, расплескивая вокруг всполохи своей силы.
Незримая стена заслоняет нас. Иглы, словно собираясь в фокус, колотят в две расположенные рядом точки. Меня пробирает дрожь. Они действительно целятся в глаза Рицки!
- Ты так трясешься над своей Жертвой, Агатсума, - Боец Зеро злорадно ухмыляется. - Посмотрим, каково тебе будет и этого щенка потерять. Десятикратное усиление! Померкни свет в этих глазах!
- Отрицаю! Атака да не нанесет вреда!
- Нет! Максимальное поражение!
Проклятье! Стискиваю зубы. Они используют все, что только можно, чтобы добиться своей цели.
- Тебе напомнить, Агатсума, что ты испытал, когда потерял свою первую Жертву?- зрачки Зеро слегка пульсируют от злого возбуждения. - Опустошение, жажду и чувство вины. Ты ощутишь все это опять прямо сейчас!
Защита слегка мигает, вздрагивая. В глазах Зеро зажигается огонек. Мерцающий стальной дождь яростнее и жестче начинает барабанить по куполу, усиливая напор.
Рицка отрывисто вздыхает за моей спиной. Им не следовало упоминать сейчас Сеймея. Тонкая, мучительно-жгучая игла вонзается в сердце.
- Так кто этот недомерок для тебя? Твой закон и опора? Ты вновь познаешь, что такое хаос, Агатсума! Еще немного и твоя распрекрасная Жертва будет корчиться от боли на земле!
Вздрагиваю всем телом. Пошатнувшись, отступаю на шаг. Я не могу позволить им коснуться его! Эти двое просто безумны, если выбирают такие атаки! Рицка! Все в душе отдается мучительным щемящим холодом при одной лишь мысли о… Я удержу.
- Соби! Не слушай их!- опомнившись, Рицка подается в мою сторону, едва не свалившись на бок. - Ты не должен их слушать!
Поднявшись на ноги, Агнец Зеро выступает вперед. В его взгляде торжество.
- Боишься? Трепещи! Тебе не выстоять! Твой Агнец обречен!
Мучительно стискиваю зубы, ощущая, как под напором их ярости прогибается наша защита. Сознание накрывает саднящими, обживающими волнами. Страх как липкий червь проникает в меня, растет и ширится, питаясь моей панической тревогой за Рицку.
- Замолчите!- кулаки Рицки отчаянно врезаются в землю. - Прекратите это!
- Вглядись в слепые бездны, Агатсума, реки крови… Твой Агнец захлебнется в них! Смотри! Он ослеплен!
Слова огненным звоном отдаются в ушах. Чужеродный образ вторгается в разум, заявляя на него свои права, подменяя собой реальность. Темнеющие незрячие провалы на лице Рицки, - этот страшный призрак, вспыхнув в сознании, пробивает меня навылет. Адреналин бешеной волной выплескивается в кровь. Ощущая, как ужас ледяным панцирем сковывает легкие, я до конца, до самого дна прочувствываю мгновение, когда я утрачиваю контроль над защитным заклинанием. Этот миг растягивается на века. Поток игл ударяет в купол и, пробивая в нем брешь, медленно, мучительно медленно и неотвратимо устремляется внутрь, пронизывая нашу защиту. Рицка вскидывает руки, заслоняя лицо. Он не может уклониться. Серебряные жала втыкаются в его ладони, прошивая их насквозь. Его голова дергается, он захлебывается криком боли…опадая на землю… Это страдание в его голосе, я почти тону в нем, пока бросившись наперерез, заслоняю Рицку собой, обхватывая руками плечи. Стальной рой, превращая одежду в лохмотья, полосует спину, глубоко проникая под кожу.
Лицо Рицки вспыхивает. Оковы накрывают его израненные глаза, сияющим ободом окружая голову. Еще одни охватывают мои запястья. Такие же перетягивают плечи, прижимая локти к телу. Обжигающая боль взрывается в спине, но я ее почти не замечаю. Мои руки дрожат. Пульс безумствует в висках.
Рицка… Из под оков на его лице по щекам струятся потеки крови. Вселенная сжимается для меня в точку, сходясь на них. Все звуки сливаются в единый ровный гул. Мысли, кружась в водовороте отчаяния, покидают голову, погружаясь в плотный глухой туман. Я плыву в нем, балансируя на грани безумия.
Рицка вздрагивает, его голова безвольно откидывается назад.
- Со...би…- губы кривятся и дрожат, - сражайся….
Он делает судорожный вдох, захлебываясь воздухом.
- Победи…
Сдавленно вздыхаю, пальцы стискивают его плечи. Рицка… Он в сознании. Он держится, чтобы дать мне шанс. Даже сейчас, когда ему настолько плохо, он понимает, что он моя Жертва и повелевает мной, возвращая мне волю к борьбе. Маленький, храбрый котенок. Ради его усилий я не имею права проиграть.
- Огонь! Да поглотит он все сущее!
Я успел возненавидеть этот голос. Не оглядываясь, вскидываю раскрытую ладонь, преодолевая сопротивление оков.
- Отражение…
Беснующийся поток пламени наталкивается на мою вспыхнувшую в воздухе защиту.
Бьют в спину… Скоты…
Моя рука зарывается в волосы Рицки.
- Взяв твою боль, я обращаю ее в силу, - мои пальцы слегка вздрагивают. Использовать страдание своей Жертвы как источник для себя, это последнее на что я пошел бы, но сейчас у меня нет выбора, - да будет так.
Тело сводит судорогой, а разум вспыхивает сверхновой. Это не поток, это лавина. Она сминает меня, безжалостным, титаническим давлением прорываясь наружу.
Дрожа, я бережно укладываю Рицку на землю. С трудом поднимаюсь, поворачиваясь к Зеро. Больше правил не существует. Я уничтожу их. Эти ублюдки не имеют права жить после того, что они сделали с Рицкой.
Огненные языки вокруг нас хищно извиваются, обволакивая защитный купол. Что ж. Они сами выбрали свой конец.
- Преломление. Возврат,- мои глаза сужаются. - Вулканическое извержение… Тела ваши да обратятся в прах!

URL
2011-10-11 в 22:30 

Рицка.
Я плохо помню, что было дальше. Жгучая, раздирающая на части боль, огненным молотом раскалывающая мозг, затмевала все прочие ощущения. Моей воли хватало только на то, чтобы пережить следующее мгновение.
В голове вместе с бешенной обжигающей пульсацией билась лишь одна мысль. Я не должен терять сознания. Не теперь. Не сейчас. Иначе сила Соби уменьшится вдвое, и он останется один. Нельзя этого допустить. Это закончится. Когда-нибудь это закончится.
Сквозь эти невыносимые сводящие с ума вспышки, я слышал проклинающие крики чужой агонии и наполненный ледяной яростью голос Соби. Что он говорил, к каким взывал стихиям, я не знаю. Сознание плыло, практически перестав распознавать слова. Я мог воспринимать только интонации его голоса. Эти непререкаемые, полные гневной силы ноты в нем, поддерживали во мне надежду, что развязка близка. Скоро я, наконец, смогу позволить себе отключиться.
В какой-то момент, спустя вечность, оковы рассыпаются прахом. Мне кажется, что горячие потоки от этого только сильнее начинают струиться по щекам. Ладонь Соби накрывает мое лицо, останавливая кровотечение.
Я с трудом облизываю покрытые подсыхающей коркой губы.
- Соби… можно?…
Его дыхание странно вздрагивает. Боль в голосе заставляет сжаться сердце.
- Да… Спи, Рицка…
Последнее, что я почувствовал, это, как Соби бережно обхватив мои плечи, взял меня на руки. То ли подействовало его заклинание, то ли мое тело окончательно исчерпало все свои ресурсы, но после этого я просто выключился. Рассыпался на миллиарды гаснущих осколков. Растворяясь в абсолютной пустоте, мой разум канул в бесконечность.

Я не знаю, сколько времени прошло. Дни… Недели…Месяцы… Время для меня утратило всякий смысл. Оно просто перестало иметь значение. Я плыл в океане беспамятства, погруженный в темноту. Иногда лица касались вспышки боли, но едва ощутимые, как зарницы молний, полыхающие где-то далеко, возле горизонта. Иногда мне снились какие-то беспорядочные сны, без какого-либо смысла и содержания. Просто сменяющие друг друга бессвязные образы, которые я, увидев, тут же забывал. Иногда я всплывал к поверхности, ощущая над собой мерцающую солнечными лучами переливающуюся грань реальности. Казалось, я слышу звуки и даже узнаю их. Тихий, бесконечно далекий голос Соби пробивался ко мне сквозь плотную завесу. Он просил меня открыть или закрыть глаза, проглотить что-нибудь или выпить. Я подчинялся ему безропотно, потом он вновь погружал меня в сон. Иногда я чувствовал невесомые прикосновения воды. Мое тело погружалось в нее. Ласковые, родные руки обмывали меня, потом заворачивали в полотенце. А потом эти ощущения вновь пропадали за гранью моего личного космоса, непреодолимой бесконечностью отгораживавшего меня от мира. Но даже тогда, растворенный, поглощенный этой пустотой, я постоянно чувствовал присутствие Соби. Каким-то непонятным образом знал, что он рядом. Я понимал это лучше, чем осознавал, кто я сам. Я хватался за это чувство, оно было для меня единственной точкой опоры, позволяющей не утратить ощущение, что я все-таки где-то существую.
Помню, как-то я вдруг проснулся, чувствуя упругую податливость матраса под собой, теплую тяжесть одеяла и мягкость подушки. Мое лицо скрывала легкая повязка. Я не мог даже на миллиметр разомкнуть веки, казалось, они склеились.
- Соби!…- Я на мгновение ощутил резкий укол страха.
Он вздрогнул совсем рядом, пробуждаясь ото сна. Должно быть, стояла ночь.
Его рука успокаивающе коснулась моих волос.
- Все хорошо. Не бойся. Ты поправишься.
Он ласково прикоснулся губами к моему лбу.
- Спи, Рицка.
И я вновь провалился в сон. Без ощущений и воспоминаний.
Сколько бы ни прошло времени, что бы не происходило со мной, это не имело никакого значения. Соби всегда находился рядом. А значит - все было так, как должно было быть. Все было в порядке.

URL
2011-10-15 в 11:37 

УвлечённаЯ
Я ангел, но на метле быстрее.
читать дальше :shy:

2011-10-15 в 19:58 

reuty
Не наговаривай на людей, пока у тебя нет хотя бы сфабрикованных доказательств
Отступив на шаг, она поворачивается ко мне лицом, заставив меня нырнуть вниз, едва не стукнувшись лбом о полог. порог?
Нажимаю всем весом, проверяя упор на прочность. Убедившись в безопасности опоры, выпрямляю ноги и подтягиваюсь, вставая по весь рост.
Все рано ведь не стану искать.
ПыСы очень люблю Ваш фик и с нетерпениемду продолжения уже года 2)))
Спасибо, что решили продолжить, такие работы просто обязаны быть дописаны. Имхо ЛЛ наиболее серьезная, обоснованная и зрелая работа русскоязычного фандома.
Вдохновения Вам, Орин, и побольше свободного времени для творчества.

2011-10-17 в 23:50 

~Дезире~
Энергичный лентяй
- Ты эгоист каких мало, Ритцу! Устанавливать контакт с Аояги Рицкой - задача Семь, а не твоя!
Задача Семи?

   

главная