Лишенный любви

21:51 

Лишенный любви. Глава 5.

Chapter V. Choice less
Беспомощные и беспощадные.

Рицка
В который раз за последние двадцать минут открываю мобильный, чтобы взглянуть на часы. Посмотреть, вздохнуть и закрыть.
Чертовы Зеро. Ну почему они не могут приходить вовремя? Если количество времени, которое я вынужден их ждать, измерить расстоянием, то я, наверное, прошел уже целую милю, пока мерил шагами пространство между школьными воротами. И день как назло просто замечательный. Почки на деревьях, набухая, раскрываются, выпуская первые листья. Солнце нещадно припекает, нагревая макушку. Так что я уже и куртку несколько раз успел снять и одеть, подставляя разгоряченную спину потокам прохладного весеннего ветра. Остальные ребята, радуясь окончанию учебного года, приближающимся каникулам и прекрасной погоде, проходят мимо. А я вынужден торчать как приклеенный возле ворот.
Вздыхаю. Все-таки Нацуо и Йоджи – это не Соби. Он никогда не заставил бы себя ждать. Когда он объяснил им, в чем будет состоять их задача на эту неделю, Зеро вначале отнеслись к роли нянек при мне с большим энтузиазмом. Даже пару дней приходили вовремя. Потом интерес угас. Вчера мне пришлось простоять у ворот почти полчаса, я чуть не ушел домой один. Остановила мысль, что Соби бы расстроился, узнав об этом.
Скорее бы он уже вернулся.
Соби, конечно, старается, чтобы его отсутствие ощущалось как можно меньше, звонит мне, посылает СМС. Приезжал вчера вечером… и еще раз до этого. И не жаль ему денег туда-сюда кататься.
Хотя я ему благодарен за такую заботу. Иначе мне было бы совсем тяжело. Я настолько привык, что он постоянно рядом, что день, прожитый без встречи с ним, кажется неполным. То, как сильно я привязан к нему, наиболее ощутимо именно сейчас. Когда его нет рядом.
Впрочем, несмотря на это, я сумел найти в отсутствии Соби некоторые плюсы. У меня образовалось большое количество свободного времени, которое я мог посвятить чтению. На прошлой неделе я выпросил у Кацуко-сенсей несколько книг по психологии из ее личной библиотеки. Она, конечно, спросила, зачем они мне. Ответ я заготовил заранее. На всякий случай. Правда я надеялся, что все-таки не придется объясняться по этому поводу.
Чтобы избежать лжи, я сказал, что хочу лучше понимать людей. Что, может быть, после того как окончу школу и поступлю в Университет, выберу изучаемой дисциплиной психологию. Если первое верно на все сто, то второе только отчасти. Возможно, я и стану изучать что-то подобное, но только для себя самого. Сделать это своей профессией у меня бы вряд ли вышло. Все-таки для этого нужно иметь талант, терпение и особое отношение к людям. Такое как у Кацуко-сенсей. Если ее талант мне могли бы заменить мои способности Жертвы, то с последними двумя пунктами дело обстоит куда хуже.
Я ожидал, что моя просьба встретит сопротивление, ведь эти книги нужны Кацуко-сенсей для работы, тем более что таких не найдешь в обычной библиотеке. Но она только обрадовалась. Сказала, что это просто замечательно, что я начал стремиться к общению с другими людьми и думать о будущем. В тот момент я, смутившись до чертиков, едва себя не выдал. Если бы она только знала, о каком «общении» идет речь.
В общем, в ту среду я ушел от Кацуко-сенсей с рюкзаком, набитым книгами до отказа. Еле домой их донес. И теперь, едва я возвращался из школы, то сразу садился за чтение. Забирался с ногами на кровать, в одной руке книга, в другой — наспех сделанный бутерброд.
Правда, процесс движется довольно медленно. Это ведь все-таки специальная литература, насыщенная различными терминами, которых я попросту не знаю. И язык там уж больно академический. Я продираюсь через слова, как сквозь колючий кустарник. Я их туда, а они назад. Но Кацуко-сенсей сказала, что если мне что-то будет непонятно, я могу ей звонить. Что я и делаю.
Я старался не щадить себя и не отлынивать, желая выучить до приезда Соби как можно больше. За эту неделю я столько узнал о человеческом нутре, что, казалось, все это просто не в состоянии уместиться в моей голове. Потребности, мотивации, фобии…
Я даже обнаружил, что у меня есть некоторый предел, до которого я способен запихивать в себя информацию, потом мозг уже просто начинает распухать и отключаться.
Однако, несмотря на все сложности, я чувствовал, что даже сейчас все это уже начинает приносить свои плоды. Я и правда вроде как стал лучше понимать окружающих. Если это, конечно, не самообман.
- Эй, Рицка-кун. Опять не идешь домой?
Яёй, остановившись рядом со мной, прикрыл глаза, грустно подставив лицо весеннему солнцу.
- Ну да, - отвожу глаза, - жду тут кое-кого.
Я, наверное, в его понимании веду себя странно. Хорошо, что он ни о чем меня не спрашивает. Мне не хотелось знакомить его и Юико с Зеро, и потому последние два дня я старательно придумывал предлоги, чтобы не идти вместе домой. Наверное, они с Яёй это почувствовали.
Впрочем, сегодня родители Юико забрали ее прямо из школы, чтобы поехать куда-то на южное побережье. Занятия заканчиваются на этой неделе, а сегодня среда, все контрольные уже позади. Так что они просто отпросили ее и увезли до конца каникул. Вот Яёй и грустит.
- Ну, раз так, то я пойду. Удачи тебе, - одарив меня печальной улыбкой, он, встряхнув головой, двинулся прочь от ворот.
Вновь гляжу на часы. Надоело ждать. Нет, Нацуо и Йоджи, конечно, придут, но вот когда…. Черт, я сейчас не выдержу, наплюю на все и уйду один.
Набираю их номер. Вновь абонент недоступен. В метро они, что ли?
Вздыхаю. Скорее бы уже Соби приехал. Насколько же приятнее иметь дело с ним. Соби никогда никуда не опаздывает.
Выглядываю за ворота, в ту сторону, откуда должны прийти Зеро. Понятно, что, скорее всего, их там нет, но может у Йоджи просто сел аккумулятор?
Улица в пределах видимости пуста. Яёй бредет по ней практически в одиночку, его тоненький силуэт, отбрасывая круглую темную тень, почти уже скрылся из поля зрения. Вдруг я вижу, как от угла одного из домов отделяются несколько высоких фигур и заступают ему дорогу.
Хмурюсь, ощущая, как сознание наполняется смутной, тяжелой тревогой. Как-то мне все это не нравится.
Незнакомцы окружают его, один из них толкает его в спину, так что он чуть не падает на колени. Другой сдирает с его спины портфель.
Черт! Яёй!!
Я не заметил даже, как ноги сами сорвались на бег. Расстояние до них равняется нескольким сотням метров, я очень скоро преодолею его. Но что делать потом? Ни разу в жизни не дрался… даже не знаю, как это делается. Никогда не хотел учиться чему-то подобному.
Как была бы кстати сейчас помощь Зеро. Где же их носит?!
Яёй пытается отнять свой рюкзак, один из нападающих толкает его, так что он все-таки падает. Другой коротко поддает под ребра. Вроде не сильно, но Яёй складывается пополам, хватая ртом воздух. Остальные потрошат его портфель.
Сжимаю зубы. Плевать, что я не умею драться. Это надо остановить!
- Эй! Оставьте его в покое!
Я буквально врезаюсь в того, что стоит в центре и держит сумку. Он вскрикивает скорее от неожиданности, чем от боли, теряя равновесие. Мы оба падаем на землю. Моя рука застревает в складках его куртки. Пытаюсь выпутаться и встать, как вдруг чувствую, что кто-то обхватывает меня сзади за локти, заламывает и тащит назад, приподнимая над землей. Плечевые суставы взрываются болью. Неловко перебирая ногами, поднимаюсь, чтобы хоть как-то уменьшить силу давления. Дергаюсь в попытке вырваться. Чужие руки за моей спиной от этого только еще сильнее сжимаются.
Не выходит. Держат очень крепко.
Черт! Стискиваю зубы. Дерьмовый из меня боец. Попался в первую же секунду.
- Ну и что это за недомерок?
Один из этих громил наклоняется надо мной, я узнаю его. Широкое скуластое лицо, короткие темные волосы, выкрашенные от лба к затылку узкими светлыми перьями… Тосиро Кейта, глава местной шайки. Учителя не могут найти на них управу, все ждут, когда же они, наконец, перейдут в старшую школу.
Вот это называется, мы влипли.
- Чего тебе надо, мелюзга ушастая? Шагал бы мимо. А теперь тебя придется поучить.
Он выпрямляется. В глазах на мгновение мелькает острое, жесткое выражение, и я понимаю, что сейчас он меня ударит. И я ничего не смогу с этим сделать.
Он бьет коротко. Без замаха. Под дых.
Легкие просто схлопываются, немея. Их парализует болью. Ноги подкашиваются. Обвисая, наклоняюсь вперед, чувствуя, что руки сейчас просто вывернутся из суставов. Пытаюсь сделать вдох, но у меня не выходит… Я не могу протолкнуть воздух внутрь. Слышу за спиной сдавленный стон Яёя.
Как же… больно…
Видимо решив, что с меня достаточно, Тосиро делает знак головой тому, кто держит мои локти. Он швыряет меня на землю рядом с Яёем. Падаю, обхватив себя руками, держась за грудь. Асфальт неумолимо твердой вертикалью врезается мне в бок. Плечо вспыхивает. В ушах начинает звенеть.
Яёй подползает ко мне на коленях, наклоняясь сверху.
- Рицка… - от волнения он забывает все суффиксы.
Вскидывает голову, в глазах блестят злые слезы. Собирается вскочить на ноги и кинуться на них. Я хватаю его свободной рукой, удерживая за ремень джинсов.
- Куда ты… - мне наконец-то удается сделать судорожный вдох. - Сиди, дурак…
Один из банды присвистывает, найдя, наконец, то, что они искали. Это новая дорогая приставка для видеоигр, которую Яёй принес сегодня в школу, чтобы показать Юико. Надеялся уговорить ее прийти к нему в гости, опробовать игрушку. Он же не знал, что она сегодня уезжает. Дело происходило в столовой. Там помимо нас было еще много людей. Должно быть, кто-то из этих видел все. Понятно теперь, почему они поджидали его. Хотели отобрать.
Увидев коробку с приставкой, Яёй отрывисто вздыхает, приподнимаясь. Ему ее подарили родители в честь отличного окончания учебного года.
- Не трогайте! Верните назад!
- А то ты сделаешь что?- Они издевательски ухмыляются.
- Сиди там и не пыли.
Яёй стискивает кулаки, осознавая свое бессилие. Губы прыгают, словно он вот-вот расплачется.
Тяжело сажусь рядом, глядя на них исподлобья.
Их четверо, а нас двое. Они сильнее и старше, дерутся куда лучше нас и к тому же не обременены какими-либо сдерживающими рамками. Если попробовать еще раз броситься на них, нас просто побьют. Если выхватить приставку и побежать — догонят.
Сжимаю зубы. Моя сила не в этом.
- Эй, Кейта! Положи все обратно!
Он оборачивается, недобро прищуриваясь.
-Мне показалось, или там кто-то вякнул? - Вставляет нецензурное словечко. - Тебе что, мало?
Это не податливая Юико. Здесь надо действовать наверняка.
- Думаешь, тебе это сойдет с рук? Будь уверен, за нас отомстят!
- О-о,- трое приспешников заходятся насмешливыми улюлюканьями, - как страшно…
Тосиро разворачивается и идет ко мне. Яёй рядом судорожно вздыхает. Ушки прижимаются к голове.
Втягиваю носом воздух. Адреналин обжигающе холодной волной выплескивается в кровь.
Этот парень пока не будет меня бить. Я еще не настолько его разозлил.
Его рука обхватывает мой воротник, заламывает его. Жесткий шов ободом сдавливает шею. Мои колени отрываются от земли.
Яёй рвется к нам, но двое других хватают его за плечи, придавливая к земле.
Не вмешивайся, Яёй!
Болтаясь, как щенок, в хватке Кейты, чувствую, как голова начинает слегка плыть от нехватки кислорода. Это удушье… Оно немного напоминает действие оков, только лишь не опаляет. Возможно, это знакомое ощущение и позволяет мне собраться. Словно я снова в бою, и передо мной не человек, а противник, которого надо победить.
- Что ты там сказал? Повтори!
Он, свирепо сдвинув брови, глядит мне в глаза. Нос сморщен, как у рычащей собаки.
Только не испугаться сейчас…
- Я сказал, что за нас отомстят, - с трудом выталкиваю из себя слова, ощущая, как по телу бежит знакомая дрожь. - Ты ведь на следующий год идешь в старшую школу? Там наверняка водится более крупная рыба, и ты снова будешь малолеткой. Тебя там быстро… обломают.
Его рука дергается, сжимаясь. Он стискивает зубы, но в глазах появляется странный огонек.
Я знаю, что это. Это страх.
На миг ощущаю злую радость. Я знал, что он боится этого. Все задиры, вроде него, в глубине души опасаются, что когда-нибудь появится кто-то более сильный.
Я тебя достал…. Теперь ты мой, Тосиро….
Во мне поднимается узнаваемое восторженное чувство. Пространство вокруг становится предельно четким и одновременно текучим, как вода. Его разум распахивается навстречу, и, мне кажется, я вижу всю его душу до самых глубин. Все тщательно скрываемые комплексы, злость, затаенные обиды. Как на ладони…
- Ты никогда больше не причинишь никому вред. - Гляжу ему в глаза, понижая голос до шепота, так, что эти слова слышит только он. - Ты никогда намеренно не оскорбишь никого! Я запрещаю тебе это.
Коротко вздыхаю. Это ощущение наполненности и силы, раскатывающееся во всем теле, изливаясь вовне, опьяняет, захлестывает с головой. В эти мгновения мне кажется, что я способен совершить невозможное. Что я всемогущ.
Глаза Кейты затягиваются мутной дымкой, зрачки расширяются. Его рука разжимается, отпуская мой воротник. Потеряв опору, падаю на землю, ощутимо прикладываясь об нее коленями. Вздрагиваю, закусив губу, чтобы не издать ни звука. От неожиданности и боли сосредоточенность, поддерживающая окутывавшее меня сокровенное, хрупкое чувство, рассеивается, возвращая реальный мир.
Очнувшись, вскидываю голову, с тревогой ожидая реакции Тосиро. Я знаю, что у меня вышло. А что дальше?
Он моргает, словно пытается прогнать наваждение. Невидящим взором поводит вокруг. Смешки возле нас смолкают. Лица его приятелей вытягиваются. Должно быть, они никогда не видели своего вожака таким растерянным. Его взгляд падает на меня….
- Уходим, - глухо произносит он. Развернувшись, идет прочь, раздвигая плечами остальных. Они недоуменно смотрят ему вслед.
- Но ведь ты сказал, что…
- Уходим! – С нажимом повторяет Тосиро, повышая голос.
Они переглядываются, но все-таки идут за ним, бросая на нас странные взгляды. Тот, что держит приставку, крашенный блондин с крупным мясистым носом, сует ее подмышку.
- Положи это.
- Кейта, что за хрень!
- Я сказал, положи,- сквозь зубы выдыхает Тосиро, оборачиваясь и бросая на него тяжелый взгляд.
Светловолосый, с досадой плюнув себе под ноги, швыряет коробку на землю. Яей рядом со мной вздрагивает. Только бы там ничего не сломалось.
- Повезло вам, сопляки…
Проходя мимо, кто-то из них пинает ногой портфель, так что он переворачивается в воздухе. Книги и тетради вываливаются оттуда, разлетаясь по асфальту. Голоса приспешников Тосиро доносятся до нас, постепенно удаляясь.
- Кейта, что за дела?! Сам же говорил, это будет круто…
Мы сидим на земле, не в состоянии обернуться. Словно этим вновь привлечем к себе внимание. Затем, как по команде, одновременно срываемся с места, торопливо собирая рассыпавшиеся ручки, тетради и учебники. Яёй дрожащими руками хватает коробку с приставкой и засовывает ее в портфель. Он дома проверит, все ли с ней в порядке. Нам обоим хочется поскорее убраться отсюда.
Яёй защелкивает застежки на рюкзаке, руки его неожиданно замирают.
- Ты зря вмешался, Рицка-кун.
Он со вздохом поднимается, глядя на меня.
- Теперь они точно не отстанут. Будет только хуже.
Повернувшись, он бредет по улице в сторону своего дома. Банда Тосиро уже почти скрылась из вида.
- Думаю, они тебя больше не тронут, - чтобы скрыть, как дрожат мои руки, засовываю их в карманы,- никого не тронут.
Яёй бросает на меня мрачный взгляд, но ничего не говорит.
Не веришь мне, Яёй? Ну и ладно. Главное, что я знаю, что это так.
Телефон на груди, оживая, издает мелодичный сигнал. Это звонок Соби.
Забираюсь рукой под куртку, вытаскиваю…
Голос у него взволнованный.
- Рицка? Как ты? У тебя все в порядке?
Удивленно моргаю. Совпадение? Но не мог же он…?
- Да, Соби. Со мной все хорошо. А почему ты… спрашиваешь…?
Он едва заметно выдыхает. С облегчением, как мне кажется. Медлит с ответом. Я жду…
- Прости, Рицка. Просто я кое-что почувствовал… Наверное, мне просто показалось. Я так и думал, что зря тебя побеспокою.
Закусываю губу. Тебе не показалось, Соби. Но это просто невероятно. Он смог ощутить, как я использую свою силу. Должно быть, всплеск был настолько велик, что он почувствовал его, даже находясь в другом городе, за сотни километров от меня. Неужели наша связь и правда работает? Даже когда мы не вступаем в бой.
- Все нормально, Соби. Я и сам хотел тебе позвонить…
- Вот как, - он явно улыбается, - что ж, я рад.
Мы поболтали еще немного. Я расспросил его о том, как он провел утро, и рассказал ему о некоторых своих сегодняшних событиях, старательно обходя в разговоре произошедшее несколько минут назад. Попрощался, когда понял, что Яёй идет рядом, все больше сникая. Его уже ничего не радует. Ни изумрудные солнечные брызги, сверкающие в едва заметной молодой листве, ни чистая синева неба над головой. Должно быть, не может никак избавиться от гнетущих мыслей.
- Эй, Яёй, - тихонько толкаю его локтем, - ну хочешь, давай до конца недели везде ходить вместе. Буду тебя охранять.
- Да уж,- он криво усмехается, - из нас обоих охрана хоть куда.
Охрана! Стискиваю веки. Че-ерт! Я же забыл про Нацуо и Йоджи! Со всеми этими передрягами у меня совсем вылетело из головы, что я должен был дождаться их. Мы уже прошли почти полдороги до дома. Нет смысла возвращаться.
- Но все равно спасибо, Рицка-кун, - Яёй поднимает на меня светлеющий взгляд,- за то, что предложил.
- Ага, - кисло улыбаюсь, - не за что.
Мы доходим до перекрестка, где Яёй должен свернуть к своему дому. Он машет мне рукой на прощанье и уходит.
Со вздохом тянусь за телефоном. Ну Йоджи мне сейчас ска-ажет все, что он думает по моему поводу. Или я ему скажу. Как получится.
Набираю номер. Гудки вызова тянутся целую вечность. Абонент в который раз недоступен.
Хмурюсь, раздраженно встряхивая головой. Это уже вообще никуда не годится.
Все. Иду домой один. И совесть по этому поводу меня мучить не будет.

За размышлениями я почти не заметил, как прошел почти весь оставшийся путь. Мысли мои занимал звонок Соби. Жаль, что я не догадался расспросить его о том, что он почувствовал, а сразу увел разговор в сторону. Теперь, если я попробую заговорить на эту тему, он наверняка заинтересуется, почему я вспомнил об этом. Трудно будет тогда избежать пересказа сегодняшних событий. И того, чем этот эпизод закончился. Как бы исхитриться и вызнать у Соби подробности, чтобы он ничего не заподозрил. Почему-то мне кажется, что это может оказаться важным.
Интересно, что в те минуты мне даже в голову не пришло позвать его. Я вообще про это не вспомнил, даже без учета того, что Соби сейчас далеко.
Может оттого, что этот случай никак не был связан с Поединками?
А если бы я позвал? Он бы меня услышал? Теперь это уже не проверишь.
- Эй! Loveless!
Вздрагиваю и останавливаюсь, будто наткнувшись на стену.
Нет… Стискиваю веки. По коже бежит холодок. Ну почему именно сегодня…
Темная невысокая фигура, отделившись от растущих неподалеку деревьев, выступает на свет.
Девочка, ровесница Ай. Лицо все в веснушках. Рыжие, вьющиеся волосы забраны в высокий хвост. Белые кисточки на ушках делают ее похожей на лисичку.
- Ты заставляешь себя ждать,- улыбаясь, она приближается танцующим шагом, - не совсем хорошо с твоей стороны.
Невольно отступаю, бросая быстрые взгляды по сторонам.
На улице, как на зло, ни одного прохожего. Будни, середина дня. Все на работе. Хотя вряд ли бы это их остановило.
- Ищешь свою охрану?- Она склоняет голову набок, в карих глазах загораются смешливые огоньки. - Не трудись. Мы обвели их вокруг пальца. Тебе никто не придет на помощь.
Мои глаза раскрываются. Так Нацуо и Йоджи не бросили меня? Просто эти как-то их обманули. Возможно, спланировали все заранее. Наверное, они уже несколько дней следят за мной.
Вот теперь точно пора звать Соби. Но только как это сделать? В учебнике многое говорилось про Зов, но настолько заумными терминами, что я ничего не понял, как ни старался. Возможно, у меня получилось бы, знай я как. Отчего-то мне кажется, что просто произнести про себя его имя явно недостаточно.
Приветливо улыбаясь, прямо таки излучая доброжелательность, девушка продолжает приближаться, заложив руки за спину.
- Эй, ну что ты так перепугался, тебе не сделают ничего плохого.
Так я тебе и поверил.
Продолжая отступать, окидываю ее взглядом. Это Боец или Жертва? Она не может быть здесь одна. Где ее пара?
Моя спина и затылок неожиданно утыкаются в кого-то. Словно ужаленный, разворачиваюсь, отскакивая в сторону, и тут же вижу чужую ладонь, застывшую перед моим лицом.
- Усни…
А вот и Боец.
Чувствую, как веки наливаются сонной одурью. Нет.
Они не намерены сражаться. Они собираются меня просто похитить!
Соби!
Мысль безмолвным криком улетает в пустоту. Тело расслабляется. Кажется, я уже лежу на земле, хотя и не заметил, как упал. Зрение троится. Высокая мужская фигура в блеске солнечных зайчиков темным силуэтом возвышается надо мной.
Я не должен уснуть…
Глаза неудержимо закрываются.
Я не должен спать…
Мысли по одной покидают голову, уступая заполняющему ее глухому туману.
Я должен… бороться….
Соби…
- Смотри-ка, Рей-тян, он тебе сопротивляется.
Хмурый, недовольный голос отвечает откуда-то извне.
- Как он может сопротивляться, он же ни черта не умеет.
- И тем не менее, - высокий, почти детский смешок, - что ж, придется тебе помочь, раз ты такой неумеха.
Расплывающееся лицо Жертвы возникает в поле зрения.
- Надо же, какой хорошенький. Он просто милашка, верно?
- Не понимаю, что ты в нем нашла. Не вижу ничего особенного, - обиженно и немного резко произносит Боец, - давай поскорее закончим с этим.
- Ну не ревнуй, Рей-тян, тебе не идет.
Она вновь наклоняется надо мной.
-Ты не можешь больше бороться… - Глаза в оранжевых солнечных искрах лукаво щурятся. - Тебе не выиграть этот бой, ты слишком ослаб, - ее теплый шепот заполняет сознание. - Ты засыпаешь… Хороших снов, Loveless.
На этом свет просто гаснет. Все попытки противиться этому разваливаются на части, разъезжаясь, как кусок мокрого картона. Силы покидают меня.
Последнее, что я успеваю ощутить, как телефон вновь вздрагивает на моей груди. Похоже, Соби все таки услышал меня, но сумеет ли придти? Возможно, когда я проснусь, то окажусь в своей постели, но сейчас я уже ничего не в состоянии сделать.
Разум погружается в темноту.

Не помню, как долго я спал. Вопреки словам моих похитителей, снов никаких не было. Только безвременье и пустота. Я ничего не чувствовал. Ничего не видел и не слышал, не имея возможности понимать, что в те моменты со мной происходило. Это немного походило на смерть и даже отчасти было ею, потому что моя личность и воспоминания просто отсутствовали. Я даже не мог осознать насколько это страшно, просто потому что в тот момент меня не существовало.
Пробуждение оказалось неприятным. Я проснулся от ощущения, что мое безвольное тело бесцеремонно швырнули на какую-то твердую шершавую поверхность. В плече возобновилось тупое пульсирующее подергивание. Именно оно и вернуло меня к сознанию. Вместе с ним пришли воспоминания о том, откуда оно взялось. Медленно вырываясь из вязкого глухого дурмана, в памяти одно за другим всплывали подробности сегодняшнего дня. Сначала была стычка с шайкой Кейты. Именно там я и заработал тот здоровый синяк, который теперь так саднит и ноет. Потом я ушел домой один. И там буквально на моей улице меня встретили и… пытались похитить. И похоже успешно. Потому что это точно не мой дом.
Чувство опасности мерзким ледяным комочком собирается в низу живота. Невольно вздрагиваю, пытаясь пошевелиться, и не могу. Все тело занемело, оно словно ватное, и отчего-то мне кажется, что в позе, в которой я замер на холодном полу, есть что-то странное. Неестественное. Я лежу на боку, скорчившись словно зародыш. Руки заведены назад, запястья стянуты вместе тыльной стороной друг к другу, локти выпрямлены. Любые попытки двинуться отзываются мучительной болью, и через мгновение я понимаю почему. Меня связали. Руки до локтей стянуты веревками, точно такие же обхватывают лодыжки и колени. Именно поэтому я не могу двигаться. При попытке пошевелиться толстые крепкие тросы врезаются в кожу, сразу же обозначая свое присутствие. Видимо, мое тело настолько занемело, что вначале я просто не заметил, что связан.
Так. Спокойно. Это еще не конец света. Наверняка что-то все-таки можно сделать.
Разлепляю веки, осторожно и едва заметено поводя вокруг мутным от не до конца сошедшего сна взглядом.
Меня похитили. Связали. И куда-то привезли. Ожидают ли те, кто это сделал, что я проснусь? И что они будут делать, когда обнаружат это? Тогда возможно мне лучше не выдавать себя сейчас? Сделать вид, что я еще сплю? Или наоборот дать им понять, что я в сознании и попытаться поговорить с ними.
Черт. Не имею ни малейшего понятия, что надо делать в такой ситуации.
Взгляд с трудом фокусируется. Вокруг царит полумрак. Первое, что привлекает внимание, это большое квадратное пятно яркого синего цвета, застывшее в воздухе в десятке метров от меня. Похоже это окно. Неужели уже вечер? Значит, я могу находиться сейчас очень далеко от дома. Недосягаемо далеко.
Моего слуха касается тихий звук шагов. Он приближается. Зажмуриваюсь, ощущая, как сердце колотится в груди.
Кто это может быть? Те, кто меня похитили или уже кто-то другой? Но если я валяюсь здесь связанный, значит этот «кто-то» вряд ли мне друг.
Шаги становятся все отчетливей и ближе. Они уже практически рядом. Незнакомец проходит мимо меня, прямо возле моей головы, и идет к окну. Становится тихо. Он остановился.
Рискую приоткрыть глаза, чтобы рассмотреть вошедшего. Я уже достаточно проснулся, чтобы сделать это.
Незнакомец стоит ко мне спиной, глядя в окно. Его силуэт четко выделяется на его фоне. Мужчина. Взрослый. Среднего роста. Собранные сзади, иссиня-черные, прямые волосы спускаются до лопаток. Наверное, примерно одного возраста с Соби. По крайней мере, во всей фигуре ощущается хрупкое, гибкое изящество и гармоничность пропорций.
Стильное, светлое полупальто с высоким воротником свободно перехвачено на бедрах широким поясом. Сапоги с низкими каблуками заправлены в темные брюки.
Словно почувствовав, что я смотрю на него, он неожиданно оборачивается. Не успев зажмуриться, я утыкаюсь глазами в его внимательный взгляд.
Застываю. Глаза у него большие, черные и оттого кажутся бездонными, оттененные длинной, падающей на одну сторону челкой. Точеный овал лица аристократически бледен. Черты необычайно правильные, выразительные и нежные, отчего он немного похож на девушку. Но мне почему-то кажется, что эта мягкость - только видимость.
- Уже проснулся. Надо же, как быстро,- кончики его губ изгибаются в тонкой улыбке.
Голос у него тоже похож на женский. Глубокий, бархатистый, с вкрадчивыми почти мурлыкающими интонациями.
- Я думал, что успею уйти. Видать, не судьба.
Хмуро смотрю на него. Кто этот парень? Он собирался уйти и оставить меня здесь? Где я вообще нахожусь? Это место не похоже на Школу Стражей. Не такой я ее себе представлял.
- Кто ты такой? Что я здесь делаю?
- Ну-у, Рит-тян, разве так разговаривают со старшими? Тебя не учили хорошим манерам? Насмешливо прищурившись, он склоняет голову на бок.
- Кто я такой, тебе знать не нужно. А в остальном… - Он широким грациозным жестом обводит помещение. - Тебе разве не нравится? Тихое, уютное место…
Да он что, издевается?! Быстрым взглядом окидываю помещение.
Это же просто квадратный короб из серого бетона. На стенах полустертой, кирпичного цвета краской, отпечатаны серийные номера плит. Глухой зев окна без рам и стекол проваливается в вечерние сумерки за его спиной. Щербатый цементный пол весь в мелких трещинах от сырости, я уже замерз, пока лежал на нем. Как можно называть такое место уютным?
Тут до меня доходит. Это же строящееся здание. Причем пустое, судя по тому, как тут тихо. Вполне возможно, что помимо этого парня и меня здесь совсем никого нет.
По коже бежит невольный холодок. Я еще не знаю, надо ли мне звать на помощь, но может оказаться, что это вообще бесполезно.
- Вижу, тебе тут не нравится,- весело щурясь, он чуть наклоняется вперед. - Ну извини, если не угодил.
Перевожу взгляд на него. Что-то странное есть в его манере держаться. Он кажется таким обходительным, таким любезным. Но в этой непринужденной улыбке нет тепла. Она словно живет отдельно от него, в то время как влажные, темные глаза изучают меня со странным напряженным вниманием, от которого мне становится не по себе.
- Развяжи меня.
- А зачем?- Он саркастично приподнимает изящные брови. - Меня и так устраивает.
Стискиваю зубы. Да что это все значит, в конце концов? Он знает мое имя. Он явно не удивлен, что я лежу тут связанный. Я должен был проснуться в Школе Стражей или где-то еще, куда те ребята собирались меня отвести. А вместо этого оказался здесь с ним. Он что отбил меня у них? Он Страж? Зачем ему это было нужно? И кто меня связал, те или этот?
- Почему ты так со мной обращаешься? Ты ведь меня спас, я прав?
- Пришлось,- в его голосе появляются прохладные нотки,- раз уж ты оказался настолько глуп и неумел, чтобы призвать Соби.
Он знает Соби! Кто это такой, черт возьми?! Раз ему почему-то понадобилось спасать меня, значит, он имеет представление о моей ситуации. Но зачем ему вмешиваться?
- Чего тебе от меня надо?
- Мне – ничего, - склонив голову, он вдруг бросает на меня пронзительный взгляд из-под приспущенных ресниц, – разве что, чтобы ты умер.
Сделав шаг вперед, он приближается ко мне плавной, скользящей походкой.
- Сломал себе где-нибудь шею, покончил жизнь самоубийством. Без разницы, - в его глазах загораются холодные огни. - Главное, чтобы тебя не стало.
Гляжу на него расширенными глазами, пытаясь проглотить застрявший в горле шершавый комок.
- Почему ты так говоришь?- Кажется, у меня вдруг сел голос. - Что я сделал тебе?
Как он может произносить такие вещи с таким благодушным видом? И при этом смотреть так, что я просто цепенею от этого взгляда.
- О, я просто ненавижу тебя, Рит-тян, - он мило улыбается, наклоняясь надо мной, но ледяное пламя в глазах разгорается все ярче.
- Я все в тебе ненавижу. Это смазливое личико. Эти невинные глаза. Эти волосы, - он ловит пальцами кончик моей челки, - это просто оскорбление, что ты все еще жив. Жду не дождусь, когда кто-нибудь, наконец, это исправит.
Судорожно дергаюсь в сторону. Прядь моих волос выскальзывает из его пальцев. Глаза его неожиданно вспыхивают, а по губам скользит легкая усмешка, от которой у меня мороз бежит по коже.
- Боишься меня?- Он опускается рядом на пол, поворачивая голову, с пытливой жадностью заглядывая мне в лицо. - Правильно делаешь. Я бы с радостью убил тебя сам. Собственноручно свернул бы тебе шею как котенку.
Соби!
У меня вдох застывает в легких. Этот взгляд полный томной, холодной ненависти, я проваливаюсь в него как в бездонный колодец.
Чувствую, как меня начинает бить крупная дрожь. Мысли разбегаются. Все внутри сковывает страхом.
Этот парень… От его близости веет такой жутью…
- Отойди от меня! Оставь меня в покое!– Мой голос, сорвавшись, выдает меня. Тяжело дыша, пытаюсь оползти в сторону.
- Убирайся!
- О-о, как невежливо,- он недобро усмехается, затем вдруг цепко ловит меня за подбородок, поворачивая к себе мою голову, - тебя точно стоит поучить хорошим манерам. Я не люблю, когда со мной так разговаривают.
Встряхиваю головой, вырываясь из его пальцев. Тело судорожно дергается, порываясь вскочить и бежать. Веревки врезаются в ткань брюк и куртки, впиваясь в кожу.
Он наблюдает за моими метаниями и по губам его вдруг начинает струиться нехорошая игривая улыбка.
- А ты ведь сладкий малыш, Рит-тян. Я смотрю, они еще на месте?- Он прихватывает кончик моего уха и больно заламывает его, наклоняясь ближе. - Какое упущение со стороны Соби. Может мне его исправить?
Замираю. Не может быть… Это не может быть то, что я подумал!
Бросаю панический взгляд наверх. В его глазах застыло жесткое, колючее выражение. Ледяной огонь в них просто опаляет.
Судорожно вздыхаю, прянув назад. Пытаюсь отодвинуться от него, и конечно у меня ничего не выходит. Я просто беспомощно трепыхаюсь на полу как рыба, пойманная в сеть.
Он прикрывает глаза, сладкая зловещая улыбка становится шире.
- Ты боишься боли, Рит-тян? - Его палец с ухоженным прозрачным ногтем скользит по моей щеке. – Надеюсь, что боишься. Потому что тебе будет очень больно.
Коротко вздыхая, он наклоняется, сжимая руку в кулак. Красиво очерченные брови изгибаются, меж ними залегает тонкая складочка.
- Я хочу услышать, как ты кричишь. Как ты умоляешь меня о пощаде! Хочу увидеть твои слезы!
В его прикрытых в воспаленном томлении глазах появляется горячечный блеск. Кончики пальцев, скользнув вниз по скуле, очерчивают линию подбородка. Зажмуриваюсь. Меня просто трясет. От образовавшейся во всем теле слабости накатывает тошнота.
Соби….
- Можешь начинать прямо сейчас, - вкрадчивый, жаркий шепот раздается над самым ухом. - Плачь, Рит-тян… Плачь.
Его пальцы скользят по шее. От этих беглых, кратких прикосновений я содрогаюсь, как от ударов электрического тока. Веревки будто бы задались целью перерезать мне руки. Панические волны захлестывают сознание, угрожая свести с ума. Из груди вырывается невольный судорожный вздох. Чувствую, как под моими стиснутыми, дрожащими ресницами собирается горячая влага.
Соби…….
Слышу его удовлетворенный вздох. Мои глаза распахиваются, слезинки стремительно скатываются по щекам.
В его взгляде мерцает довольный, матовый блеск. Веки прикрыты. На губах блуждает блаженная улыбка.
Он же… Ему же нравится смотреть на мой страх… на мою боль… Нет… Не просто нравится… Он ими наслаждается! Из груди вырывается сдавленный всхлип. Вот… ублюдок….
Кусая губы, зажмуриваюсь, ощущая, как слезы неудержимо струятся по щекам.
Соби… где же ты…..
Телефон на моей груди вздрагивает, вспарывая тишину оглушительным сейчас звоном. В этом звуке мне чудится что-то тревожное, отчаянное. Он будто кричит, умоляя меня откликнуться.
- Это ведь Соби, верно? - Темноволосый хмыкает. - Ты разве не ответишь?
Стискиваю веки. Да… заткнись же…
Слышу его тихий смех. Он тянется к моему воротнику, ведет вниз молнию на куртке.
Вздрагиваю. Нет! Не трогай меня! Не прикасайся!
Его рука забирается внутрь, скользит по свитеру, заставляя меня сжаться. Он извлекает висящий на моей груди телефон и взвешивает его на ладони. Вибро-звонок заставляет сотовый слегка дребезжа, подпрыгивать на месте. Красная лампочка настойчиво мигает. Сигнал вызова звучит надрывно и почти обреченно ….
- Красивая игрушка,- его ладонь сжимается, - но назойливая.
Развернувшись всем корпусом, он резко дергает телефон на себя. Плетеный ремешок врезается мне в шею так, что я не удержавшись, вскрикиваю. Тонкое соединительное колечко на застежке лопается, телефон остается в его руке.
Подкидывая его на ладони, он поднимается, двигаясь в сторону. Затем, перевернув руку, роняет сотовый на пол и наступает сверху каблуком. Надавливает всем весом, слегка поворачивая носок сапога.
Хрупкий корпус лопается. Осколки пластика брызжут во все стороны. Звук вызова, сорвавшись на тонкий, бьющий по нервам писк, смолкает. Поддев телефон ногой, он отбрасывает его к стене. Отлетая, сотовый раскрывается, и я вижу, как на покрытом трещинами экране медленно гаснет голубая картинка с порхающей бабочкой. Упав на пол, он подскакивает, переворачивается и замирает, не подавая больше признаков жизни.
- Вот так куда лучше, - обернувшись, этот парень вновь идет ко мне, - продолжим?
Мой шумный вдох сливается с новым незнакомым звуком. Высокая мелодичная трель заставляет его остановиться. Чуть нахмурившись, он косится на свой карман, затем с легким, сожалеющим вздохом извлекает оттуда черный обтекаемый телефон. Раскрыв, подносит к уху.
- Да, я слушаю.
Стараюсь дышать как можно тише, замерев на полу. Перерыв? Надолго ли? И как же изменился его голос. Интонации в нем прямо медовые.
- Само собой я справился, разве могло быть иначе. К тому же они оказались просто слабаками, ничего серьезного.
Отвернувшись, он становится ко мне вполоборота.
- Да, конечно, я уничтожил тела, ты мог бы не спрашивать об этом, - в его тоне на мгновение проскальзывают нотки обиды.
Давлюсь воздухом. Уничтожил тела? Так он действительно убийца? Он говорит об этом с такой легкостью… Наверное он и правда мог бы свернуть мне шею, если бы захотел, но почему-то не стал этого делать. Пока.
- Он? - Темноволосый бросает в мою сторону быстрый равнодушный взгляд через плечо. - В порядке. Цел и невредим. Эти глупцы оказались слишком благородны, чтоб прикрываться им.
Вздрагиваю. Это… обо мне…? С кем он разговаривает? Не может быть, чтобы это был Соби. Но кому еще есть дело до меня?
Он едва заметно вздыхает, возводя очи горе.
- Разумеется, я все сделал в лучшем виде, можешь не беспокоиться.
В лучшем виде…. Стискиваю веки. Да что это все значит, в конце концов? Кто ему звонит?
Прислушиваюсь, пытаясь уловить хоть слово из того, что произносит его оппонент, но различаю только едва слышные щелчки и потрескивание. Ни тон голоса, ни то, что он говорит. Ничего не разобрать.
- Да. Я все понял. Сделаю.
Со вздохом он закрывает телефон.
- Ну, Рит-тян, как ни прискорбно, но нам придется прервать нашу захватывающую беседу. Мне пора идти.
Он склоняет голову, темная челка падает на лицо.
- Хотя жаль. Общение с тобой доставило мне огромное удовольствие. Ты такой отзывчивый слушатель. Я оценил.
Едва заметно улыбаясь, он приближается. Наклоняется ко мне, уперев раскрытые ладони о колени. В глазах дрожат насмешливые огоньки.
Невольно втягиваю голову в плечи. Скорее бы он уже свалил, как обещал. Не могу больше выносить его присутствие.
- Не разочаруй меня, Рит-тян, - его рука ерошит мои волосы в настолько неестественной ласке, что я вздрагиваю и зажмуриваюсь.
- Впрочем…- он выпрямляется, - можешь и разочаровать. Меня устроят оба варианта.
Повернувшись, он уходит. Сапоги с низкими каблуками двигаются мимо моего лица. Звук шагов за спиной становится все тише и постепенно замирает вдалеке. Наступает тишина, плотная и густая, созвучная пустоте, образовавшейся в моей голове.
Ушел….
Дышу, не в состоянии пошевелиться. Даже если бы я не был сейчас связан, все равно не смог бы это сделать. Страх отнял все силы.
Неподвижный взгляд устремлен вперед, на быстро темнеющий провал окна. Холодный бетон, обжигающим пятном замораживает висок. Прохладный ветер, сквозняком прокатывающийся по комнате, слегка колышет челку и забирается под расстегнутую куртку, рождая зябкий озноб.
Вздрагиваю, очнувшись. Судорожно вздыхаю.
Это просто кошмарный сон какой-то.
Озираюсь.
Нужно что-то предпринять. Я не могу продолжать лежать тут. Надо как-то освободиться, позвать на помощь. Даже если стройка пустует или приостановлена, здесь должен быть хоть кто-то кто охраняет ее. Если я буду звать достаточно настойчиво….
- Эй! Есть тут кто-нибудь?! На помощь!!!!
Замолкаю, испугавшись собственно голоса. В этой тишине он кажется мне слишком громким. Его звук, то приближаясь, то отдаляясь гулким эхом разносится по пустым помещениям и коридорам, постепенно теряя силу и смолкая.
- Эй!!!
Никого….
За то время, пока я лежал здесь, мое внимание было сосредоточено только на том парне, и я даже не замечал насколько же здесь тихо. Только лишь шум деревьев шелестящими волнами доносится из окна и больше ничего, обозначающего присутствие человека. Ни звуков машин, ни гудков поезда. Обычно в Японии практически в любом месте можно различить далекий ровный гул от слишком близко расположенных друг к другу автострад. Этот фон становится настолько привычным, сливаясь с любыми другими звуками, что со временем, ты привыкаешь к этому, переставая замечать. Здесь же ничего. Только похожее на шепот монотонное волнение леса за окном.
Прислушиваюсь в попытке различить хоть что-то. Взгляд скользит по ровному квадрату окна. Неожиданно глаза расширяются, заметив нечто, чего я раньше не видел из-за окутывавшего комнату полумрака. Там, на покрытом трещинами цементе окна проглядывают островки бурого прошлогоднего мха, из которого поднимаются тончайшие колоски невзрачных цветков.
Нет…. Стискиваю веки. Не может быть… Эта стройка не просто пуста, она заброшена. Непонятно, почему это здание не снесли, когда здесь прекратились работы, но, похоже, оно стоит тут не первый год. А значит сюда никто не придет. Ни завтра, ни через неделю, ни через месяц. Бесполезно ждать помощи.
Соби приедет только завтра, поздно вечером. Но что это изменит? Он же с ума сойдет, не найдя меня. И Нацуо, и Йоджи достанется под горячую руку за то, что не смогли меня уберечь. Если бы я только знал, как позвать его, чтобы он пришел. Потому что у меня, похоже, просто нет другого выбора. Что мне сделать? Сосредоточиться? Расслабиться? Представить, где я нахожусь? Да я понятия не имею, где я!
Вздыхаю, закрывая глаза. Соби… Пожалуйста, услышь меня. Ты очень нужен мне сейчас. Мне просто необходима твоя помощь.
Я тут совсем один, и мне так страшно… Темнота продолжает сгущаться, и скоро здесь все погрузится в сплошной непроницаемый мрак…. и холод. Он пропитывает одежду, промораживая тело до костей. Мне так холодно, я настолько заледенел, что едва чувствую руки и ноги. А дальше будет еще хуже. Ночью температура опустится почти до нуля. Вокруг не останется ничего кроме этой промозглой пустоты и мрака. Если ты не придешь, я просто сгину в нем. Помоги мне, Соби. Пожалуйста. Приди ко мне.
Всхлипнув, шмыгаю носом. Никакого ответа. С таким же успехом я мог бы взывать к этим стенам или пустому окну. Бесполезно.
Качнувшись в сторону, неловко переваливаюсь на колени, упираясь лбом в бетонный пол. Сам не понимаю, зачем я это делаю. Куда я денусь отсюда связанный. Но может удастся распутать узлы на ногах? Я ничего не потеряю, если хотя бы попробую. После нескольких неудачных попыток мне, наконец, удается выпрямиться и сесть, поджав под себя ноги. Теперь мои связанные руки касаются подошв ботинок. Привстаю, пытаясь кончиками пальцев нащупать веревки на щиколотках, и неожиданно понимаю, что узлы находятся как раз посередине между ступнями и коленями, причем снизу, с внешней стороны. Я четко ощущаю их неровные бугорки под тканью брюк. Не дотянуться. Ни руками, ни зубами. Предусмотрительно. Черт….
Неожиданная мысль заставляет вздрогнуть, отдаваясь в душе болезненной надеждой. Мой складной нож… Он же в заднем кармане брюк! Как я мог забыть о нем?! Если тот парень не обыскивал меня, когда связывал, то он должен все еще быть там.
Наклоняюсь вперед и притягиваю руки плотнее к телу, чтобы достать пальцами до кармана. Плечевые суставы и локти отзываются болью, сопротивляясь подобному насилию над своей анатомией. Стискиваю зубы и продолжаю тянуться, превозмогая все усиливающиеся неприятные ощущения. Мизинец нащупывает под джинсовой материей прямоугольный твердый предмет.
Есть! Он на месте. Теперь надо вытащить. Прослеживая единственным достающим до кармана пальцем корпус, веду руку вниз, в поисках места, где он заканчивается. Выпуклость наконец проваливается. Отлично. Вот он кончик. Практически выворачивая руки, подцепляю его подушечкой мизинца, пытаясь пропихнуть выше, к краю кармана. Не выходит. Палец соскальзывает. И руки занемели, они просто ватные, а натяжение кармана слишком велико, мне не сдвинуть нож ни на миллиметр. Вот если бы я лег…
Плюхаюсь на бок, выпрямляя ноги. Кисти рук тут же оказываются ниже линии бедер. До кармана вообще не достать. Черт!
С тихим стоном наклоняюсь вперед, утыкаясь лбом в пол. Не могу так больше… Это просто невыносимо… Просто какой-то кошмар….
Чувствую, как глаза начинает щипать. Хватит! Не хочу плакать. Достаточно на сегодня слез. Успокойся, Рицка. Тебе некуда торопиться. Вся ночь впереди. А если не возьмешь себя в руки, то и не одна…
Коротко вздыхаю, поджимая ноги, наклоняясь вперед.
Повторив уже отработанные манипуляции, с трудом дотягиваюсь до ножа. Вот. Пошло дело. Теперь главное не торопиться. Очень осторожно. Очень аккуратно. Чтобы не уронить. Сжимаю зубы, стараясь унять неприятное, жгучее томление в груди. Все-таки терпение никогда не было моей сильной стороной. От того, как медленно движется процесс, мне хочется кусать губы. И хвост еще мешает, мечется в изнеможении туда сюда, бьет по рукам. Хорошо ему. Он-то не связан.
Нож более чем на половину высовывается из кармана. Чуть подпрыгиваю на месте, он падает в мою ждущую руку.
Готово. Теперь его надо открыть. Прижав гладкий корпус к ладони, большим пальцем пытаюсь найти и подцепить едва заметную ризу на тыльной стороне лезвия. Да где же ты… Закусываю губу. Подушечка пальца исследует нож. Ну…!
Дрожащий ноготь находит крошечное углубление, впивается в него, надавливая и выводя лезвие наружу. Еще чуть-чуть….! Сдерживающая пружина пресекает свой предел, нож раскрывается и, оттолкнувшись от ладони, выскальзывает из моих пальцев. Падает с глухим металлическим звоном, подпрыгивает и замирает где-то за моей спиной.
Ну че-ерт…. Мне хочется взвыть. ЧЕРТ!!!!
Да когда же это закончится!!
Стискиваю веки, ударяя виском о холодный пол. Горечь комком собирается в горле. Замираю, вздрагивая. Не стану плакать! Не хочу!!
Сердито всхлипнув, рывком перекатываюсь на другой бок. Где он там этот чертов ножик? Надеюсь не сильно далеко? Меня не радует перспектива ползти за ним по этому щербатому полу, обдирая лицо, плечи и колени.
Нож совсем близко. Меньше чем в метре от меня. Перевернувшись назад, извиваясь словно уж, смещаюсь в его сторону, перебирая пальцами по полу. Ну где ты…? Где же ты?! Давай, иди сюда!
Мои руки нащупывают холодный металл лезвия. Отлично. Теперь главное не порезаться. Отчего-то мне кажется, что я раньше покалечу себе руки, чем перепилю веревки. Но это черт с ним. Со мной и не такое бывало.
Подтаскивая к себе гладкий корпус, прихватываю его пальцами, пытаясь перевернуть и уместить в руке. Кончик неожиданно утыкается в ладонь. Вздрагиваю, рефлекторно разжав руки. Нож с глухим стуком падает на землю.
Широко раскрываю глаза. Быстрое тяжелое дыхание сырым облачком вырывается изо рта.
Он меня даже не поцарапал. Даже не уколол. Только оставил незаметную безболезненную вмятину на коже.
Стискиваю веки, ощущая, как под ними все-таки собираются слезы. Сдавленные рыдания рвутся из груди.
Это же сувенирная игрушка. Лезвие у него совсем тупое. Я никогда его не затачивал, не было необходимости. Глупо было думать, что с его помощью я смогу перерезать веревки. Это все равно, что водить деревянной палкой по железным прутьям. Не перепилишь и через сто лет.
Утыкаюсь лицом в колени, не замечая, как вздрагивают плечи. Два горячих влажных пятна растут на темной ткани брюк. Судорожно всхлипнув, отстраняюсь, окидывая отчаявшимся взглядом темное сырое помещение. Я умру здесь….
Загнусь вскоре от холода и жажды. Если раньше не сойду с ума. Сознание того, что мне предстоит лежать здесь всю ночь, наводит дикий ужас. Холод и абсолютная непроницаемая темнота - кошмарное сочетание. Если я сейчас хоть что-то вижу, то потом не останется нечего кроме тускло выделяющегося на фоне черных стен квадратного окна и ровного шелеста деревьев за ним. Подходящая картина, чтобы тронуться разумом. А потом? Даже если я переживу эту ночь? За ней будет еще одна и еще… Пока, наконец, мое тело не сможет больше бороться за жизнь. И все это время мне предстоит пролежать связанным на полу…. Я точно свихнусь.
А как же Соби… Он же будет меня искать. Да он же руки на себя наложит, когда отчается найти. Или найдет, но будет слишком поздно. Нет…
Зажмуриваюсь. Слезы струятся по щекам.
Соби. Это все моя вина. Если бы я старался чуть больше. Если бы пытался лучше вникнуть в учебник, я бы не оказался сейчас в таком жутком положении. Если бы я только мог вызвать тебя… У меня просто нет другого выбора, но я не знаю как. Мне так холодно и страшно. Хочется пить, есть и в туалет. Я никогда еще в жизни не ощущал себя настолько беспомощным. Соби…
Я уже почти отчаялся. Если ты не придешь, я просто умру здесь, сойдя с ума в этой пустоте и безвременье. Уже сейчас я чувствую, как они медленно затягивают меня в свое бездонное чрево. Без конца и края. Я не знаю, где я. Я просто точка на пустой плоскости целого огромного мира. Точка без координат. Вот что я такое. Найди меня, Соби… Прошу, умоляю, найди!
- Рицка!!!
Вздрагиваю, боясь поверить. Это же… Не может быть!
- Рицка, где ты?!!
Его голос доносится откуда-то с нижних этажей.
- Соби, здесь! Я наверху!!
Слышу далекие торопливые шаги и быстрое прерывистое дыхание, он бежит вверх по лестнице.
Судорожно выворачиваю шею, ощущая, как голова начинает кружиться от облегчения. Он пришел! Он нашел меня! Соби…
- Рицка!
- Иди на мой голос! Я тут!
Отталкиваюсь подошвами ног от пола, пытаясь повернуться ко входу лицом. Соби…
Он влетает в помещение, застыв в проеме, полы плаща колышутся вперед. Обводит погруженную в полумрак комнату лихорадочным взглядом и тут замечает мою фигуру, съежившуюся на полу.
- О, нет,- его голос походит на стон, - Рицка…
Сделав еще два быстрых шага, он падает рядом со мной на колени, обхватывая руками и прижимая к себе.
- Рицка… - стиснув веки, он горячо прижимается дрожащими губами к моему виску. - Ты в порядке? Ты не ранен?
- Нет, - мотаю головой, пытаясь проглотить обжигающе-горький комок, - со мной все хорошо.
Он прерывисто вздыхает, сжимая меня крепче, затем отпускает и начинает быстро разделываться с веревками. Две короткие неяркие вспышки с секундным промежутком на мгновение освещают помещение. Соби уже торопливо разматывает путы на моих локтях и запястьях.
- Рицка, что произошло? Кто это сделал?
Мои руки, наконец, свободны. Ощущая, как ломит спину и плечи, медленно и осторожно развожу их и сажусь, растирая ослабевшими пальцами кожу на запястьях, пытаясь восстановить кровообращение.
- За мной опять приходили. На этот раз, чтобы просто похитить. Им это удалось.
Руки Соби замирают на мгновение, затем вновь продолжают движение, освобождая ноги.
- Это моя вина, - с глухой болью произносит он, - я не должен был перекладывать свои обязанности на кого-то. Уехать и оставить тебя было верхом эгоизма с моей стороны…
- Соби! Прекрати! - Мои руки сжимаются на его плечах. Я заставляю его поднять голову и посмотреть мне в глаза.
- Я сам отпустил тебя. Это было моим решением! В том, что случилось, никто не виноват, слышишь?!
Я сам, разве что….
Он вздыхает, прикрыв глаза. Его руки вновь обнимают мои плечи. Ладонь мягко скользит по волосам.
- У тебя никогда никто не виноват. Так нельзя, Рицка, - он прижимается щекой к моему уху, - а с Нацуо и Йоджи я еще поговорю.
- Не надо, - вздрагиваю от стальных ноток прозвучавших в его тоне, - они тоже ни при чем. Их просто обманули.
Соби на мгновение поднимает голову, чтобы взглянуть мне в лицо, затем со вздохом вновь притягивает меня к себе. Зарываюсь лицом в его волосы, чувствуя, как надежно и крепко сжимаются за моей спиной его руки. Насколько же это упоительное ощущение. Его ладонь ласково гладит мои озябшие ушки.
Он вздрагивает.
- Ты совсем замерз.
Стаскивает с себя плащ, чтобы тут же завернуть меня в него как в одеяло.
- Встать можешь?
- Не уверен.
Утыкаюсь носом в воротник плаща, хранящий тепло его тела. Едва заметный знакомый аромат туалетной воды с горьковатыми цитрусовыми нотками приятно щекочет ноздри.
- Сейчас, - Соби обхватывает меня за плечи и берет на руки, - скоро ты будешь дома. Не волнуйся, Рицка. Теперь все будет хорошо.
Поднявшись, он идет к выходу из комнаты. Вдруг вспомнив кое о чем, озираюсь, выискивая глазами на полу маленький искореженный корпус. Возможно, sim-карта не пострадала.
- Соби, подожди…
- Да? - Он останавливается.
- Телефон, - слегка зажмурившись, киваю в темноту - он где-то там возле стены.
Соби внимательно глядит на меня. Возвращается. Осколки пластика, попавшись под подошву его ботинок, тихо хрустят. Опустившись на одно колено, придерживая меня рукой, другой он тянется к сотовому, приподнимает его двумя пальцами, глядя на расколотый темный экран. Голос у него какой-то помертвевший.
- Рицка, что здесь происходило, пока я не пришел?
Закусываю губу.
- Ничего.
- Рицка! - Кажется, еще мгновение и он встряхнет меня за плечи.
- Соби, правда, ничего. Только… - я должен сказать ему, - здесь был один парень. Он отбил меня у похитителей. Он-то и принес меня сюда и связал…
- Он что-нибудь сделал тебе?- В глазах Соби зажигается страх.
- Нет, - качаю головой, - он ничего не сделал.
Только напугал до полусмерти, угрожая изнасиловать. Но Соби этого знать не надо.
Он несколько секунд глядит на меня, затем со вздохом прижимает к себе вновь, обнимает так крепко, будто боится, что я сейчас испарюсь, растаю в воздухе.
- Я никогда… никуда… больше без тебя… не поеду.
- Соби! - Вскидываю взгляд.
- Нет, - он склоняет голову, брови мучительно сходятся, - прошу, не оспаривай этого, Рицка. Очень тебя прошу.
Прикрыв глаза, утыкаюсь лбом ему в плечо.
- Хорошо, - вздыхаю. - Пусть будет так, как ты хочешь, Соби.
Он поднимает взгляд, ресницы слегка вздрагивают.
- Спасибо.
Да, не за что. Отвожу глаза. За что он, в сущности, благодарит? За то, что у него добавилось хлопот из-за меня?
Выйдя из комнаты, мы сворачиваем на погруженную в ночной мрак лестницу. Соби осторожно идет вдоль стены, нащупывая подошвами ботинок ступеньки. Не видно ни зги. Темно так, что я уже не различаю своих ладоней в нескольких сантиметрах от лица. Но теперь, когда я замер, свернувшись калачиком на руках у Соби, зарывшись лицом в его свитер, я уже не боюсь этой темноты. Рядом с ним мне ничего не страшно.
Спустившись на первый этаж, мы движемся по пустым заброшенным коридорам, мимо едва различимых дверных проемов. Я уже запутался в этих бесконечных спусках и поворотах. Как Соби ухитряется здесь ориентироваться? Он что запомнил дорогу, пока бежал ко мне? Как он вообще меня нашел?
- Соби, а как у тебя получилось разыскать меня?
- Это у тебя получилось. Я слышал, как ты зовешь меня, но все никак не мог увидеть. А потом вдруг понял, где ты. Словно яркая точка вспыхнула перед глазами. Ты указал мне путь к тебе, Рицка.
Точка?! Меня осеняет. Абстрактная проекция на плоскость! Стискиваю веки. Убъю этого Ритцу, если встречу. Нормальным языком объяснить не мог.
Бросаю взгляд наверх, пытаясь разглядеть его лицо в темноте.
Так он все это время слышал, как я зову его. И не мог найти. Он, наверное, чуть с ума не сошел от беспокойства.
- Соби, прости… Я заставил тебя волноваться.
Чувствую, как его пальцы слегка сжимаются.
- Не надо. Ты правильно делал, что звал меня. Я, по крайней мере, знал, что ты жив.
Как же он, наверное, боится потерять меня. Должно быть, этот страх теперь постоянно гложет его изнутри. Сначала Сеймей… потом я… Соби такого просто не вынес бы.
Мы выходим наружу. Прохладный воздух обдает свежестью. Здание высится позади, глядя нам в спину пустыми провалами окон. Ноги Соби утопают в прошлогодней траве, в которой то и дело попадается куски арматуры, вросшие в землю балки, оплетенные бурым вьюном. Низкий кустарник, чуть царапая, проскальзывает по ткани его брюк, пока мы пересекаем двор, двигаясь к обвалившимся воротам, за которыми сплошной непроницаемой стеной стоит лес.
Соби бестрепетно углубляется в него. Черный свод смыкается над головой. Не слышно ничего кроме шума деревьев и шуршания прошлогодней листвы под ногами у Соби. Темные стволы, неожиданно возникая, то слева, то справа, заставляют мои пальцы рефлекторно сжиматься.
- Рицка, мне будет проще, если ты закроешь глаза.
А разница-то какая? И так ведь не видно ничего. Послушно зажмуриваюсь.
- Соби, ты знаешь, где мы?
- Нет.
Нет?!!
- А как мы тогда попадем домой? - Вздрагиваю от неожиданной мысли. - Ты ведь не собираешься идти пешком?
- Не волнуйся, Рицка. Доверься мне, - наклонившись, он осторожно целует мой лоб, - расстояние и направление не имеют значения, если знаешь конечную цель. Все прочее - иллюзия формы.
И он туда же. Обреченно соплю носом. Иллюзия формы, подумать только. Иногда Соби может изъясняться не менее сложно и витиевато, чем этот Ритцу-сенсей. И не поймешь ведь определение это или красивый речевой оборот.
Моего лица касается слабое дуновение ветра. Все пространство вокруг заполняет тихий шелест, я узнаю этот звук. Я уже слышал нечто подобное в тот день, когда мы только встретились, когда состоялся наш первый бой. Давно, казалось бы в прошлой жизни. Тогда водоворот из желтой, осенней листвы закружил нас, подхватил и унес с собой. И ветер тогда закручивался вокруг такой же спиралью и листья, сплетаясь в единый кокон трепетали так же как сейчас.
Шелестящий шорох вокруг смолкает, сменяясь глухим звуком шагов по дощатому полу. В нос проникает слабый запах имбиря. Должно быть, мама готовила сегодня мисо… Мои глаза раскрываются. Я дома?
Соби останавливается возле моей двери, толкая ее локтем. Входит в комнату. Я жестом прошу его дать мне возможность спуститься на землю. Он подчиняется. Аккуратно ставит
меня на пол, но продолжает удерживать за плечи, не желая отпускать. Утыкаюсь лбом в его свитер. Насколько же сложно оторваться от него. Невероятно сложно. Но моя ответственность за Соби требует поступить сейчас правильно. Как же это иногда не легко - поступать так.
- Тебе нужно идти.
Он слегка вздрагивает..
- Рицка?
Чуть вдыхаю.
- Ты ведь все бросил и уехал. Оставил там свои картины, вещи и даже не предупредил никого, я прав?
Опускает глаза.
- Это не имеет значения.
- Имеет,- упрямо смотрю на него снизу вверх, - для меня.
Склонив голову, заставляю себя разжать руки и, отступив на шаг, засовываю их в карманы.
- Закончи все, что должен, и возвращайся завтра. Я буду тебя ждать.
Он внимательно глядит на меня.
- Это… приказ?
- Нет, - качаю головой. - Но так будет лучше.
- Всегда доводить то, что делаешь, до конца,- он немного печально усмехается, - хорошо Рицка.
Вскидываю взгляд. Странно слышать в его устах эти слова. Словно эхо из прошлого. Так говорил… Сеймей.
Глядя на меня с какой-то горькой нежностью, он проводит кончиками пальцев по моей щеке. Затем наклоняется. Я привстаю на цыпочки. Наши губы встречаются посередине, сливаясь воедино. Но ненадолго. Мгновение спустя он, чуть вздрогнув, подается назад, словно хочет отстраниться. Тянусь следом, вцепляясь руками в его свитер. Нет! Подожди… Не отпускай меня. Еще немного, Соби.
Он на секунду застывает. Затем, выдыхая, сдается, подчиняясь моей настойчивости. Прижимается плотнее, крепче, обхватывая мои губы своими. Одна рука мягко двигается вверх по шее, другая зарывается в мои волосы и слегка сжимается там. Закрыв глаза, чуть вздрагивая, впитываю жаркий трепет этих прикосновений. Насколько же это прекрасно. Как же я не хочу, чтобы он сейчас уходил.
Ох…
Коротко вздохнув, он все-таки отпускает меня. Губы скользнув по щеке, замирают где-то возле уха.
- Будь осторожен.
Он мягко целует меня в висок. Повернувшись, уходит, накидывая на плечи плащ.
Закрыв за ним дверь, прислоняюсь к ней спиной. Смотрю в пол.
Нелегко было позволить ему уйти. Отпустить, чтобы он мог заняться своими делами. И с каждым разом это становится все тяжелее. Как бы мне сохранить голову и не перегнуть палку в своем стремлении сделать его своим. Подобная власть над кем-то, как оказывается, это такое большое искушение. И, как я подозреваю, этим вполне можно начать злоупотреблять, если забыться и войти во вкус. Хорошо, что мне это вроде бы не грозит. Я изначально воспринимал Соби, как равного себе человека, со своими желаниями и потребностями, а не как принадлежащую мне вещь. А что происходит с теми, кто привык к такому обращению с другими? Или с теми, кому с самого детства внушали подобное отношение, приучив воспринимать как должное?

продолжение в комментариях...

URL
Комментарии
2011-10-11 в 21:52 

***
Дверь в дом Аояги открывается. Агатсума выходит оттуда, аккуратно притворяя ее за собой. Замок едва слышно щелкает.
«Решил ради разнообразия выйти не через окно, а как все нормальные люди. Хм. Почувствовал себя более уверенно с малышом, а, Соби? Впрочем, есть от чего. Ты ведь у нас сегодня герой-избавитель».
Присев на подоконник, Нисей с легкой саркастичной улыбкой наблюдает как Агатсума, остановившись на дорожке под фонарем, достает из кармана сигареты.
«А курить все так и не бросит. Ненавижу курящих людей».
Задумчиво хмурясь, Агатсума поднимает глаза, окидывая взглядом стоящий напротив, чуть дальше наискосок темный заброшенный дом. Внимательно всматривается в окна верхних этажей.
«Думаешь, ты чувствуешь что-то? Тебе только кажется,- Нисей слегка усмехается кончиками губ. - Для того чтобы ощутить мое присутствие, если я того не желаю, нужно быть таким же сильным как я».
Постояв с минуту, Агатсума тушит подошвой ботинка недокуренную сигарету и идет вдоль аллеи. Нисей провожает его ироничным взглядом. Свет в комнате Аояги Рицки зажигается, озаряя балкон. Угол обзора, конечно, не самый удачный, но что поделать? Не дежурить же у Рит-тяна под окном. К тому есть риск наткнуться там на Соби.
В комнате дома напротив обозначается движение. Невысокая тоненькая тень на мгновение падает на сиреневые занавески и пропадает. Нисей довольно прикрывает глаза, улыбка на губах становится шире.
«Не разочаровал меня, надо же. И даже справился довольно быстро. Вот что значит лишить всех надежд и хорошенько напугать. Хотя я бы предпочел, чтобы он повалялся там хотя бы до полуночи. Но он оказался очень способным. И таким приятно впечатлительным».
Он усмехается.
«Все-таки отчаяние и жажда жить – самые мощные движущие силы на земле. После ненависти. Похоже, он и впрямь поверил, что я оставил его там умирать. Впрочем, будь моя воля, я бы с удовольствием так и сделал. С огромным удовольствием. Жаль, что нельзя».
Нисей тихонько вздыхает.
«Да. Действительно жаль. Решить таким образом всю партию в один ход,- неплохая была бы развязка».
Поднявшись, он легко пересекает пыльную, пустую комнату, спускается по скрипучей лестнице и выходит из дома, закрыв дверь ключом.
«Что ж, до встречи, Рит-тян». - Засунув руки в карманы светлого полупальто, он неспешным плавным шагом движется вдоль аллеи в ту же сторону, в которую ушел Агатсума. - «Еще увидимся. И даже довольно скоро».

Потом я еще долго отмокал в ванной на пару с Уткой-сан. Все пытался смыть с себя запах страха и память о чужих прикосновениях. Действительно ли тот парень хотел насильно лишить меня ушек или только пугал этим, наслаждаясь моим страхом? Кто ему звонил? И что он имел в виду, когда говорил: «Не разочаруй меня»? Я не разочаровал бы его, если б погиб? Или наоборот, если б научился призывать Соби? У меня просто не оставалось иного выбора, но если этот парень так хочет моей смерти, зачем вообще было давать мне выбор?
Он сказал, что его устроят оба варианта. И тот, где я умер бы и тот, в котором бы спасся, докричавшись до Соби. В сущности, этот странный тип поставил меня в такие условия, что я просто не смог бы выкрутиться иначе. Наверное, отчаяние и жажда жить - самые мощные движущие силы на земле. После любви. Так что, как ни крути, он даже помог мне. Но для чего ему это было нужно? Ведь Соби защищает меня. Зачем этому парню желать укрепления наших с ним отношений, если он так жаждет видеть меня мертвым? В этом нет логики. Моя смерть или сближение с Соби, какая здесь может быть связь? Ничего не понимаю. Хотя отчего-то мне кажется, что мне еще предстоит это понять. К сожалению. Думаю, это не последняя наша с ним встреча. Мы еще увидимся. И может быть даже довольно скоро.

URL
2011-10-14 в 14:12 

Кайрос
Шустрый зверёк Рагнарёк
Рицка
Впрочем, несмотря на это, я сумел найти в отсутствии
Что, может быть, после того как окончу школу и поступлю в Университет...
...тем более, что таких не найдешь в обычной библиотеке.
Если бы она только знала, о каком «общении» идет речь.
...в одной руке книга, в другой - наспех сделанный бутерброд.
Однако, несмотря на все сложности, я чувствовал,..
Я и правда вроде как стал лучше понимать окружающих. Если это, конечно, не самообман.
Вновь абонент недоступен. В метро они, что ли?
...короткие темные волосы, выкрашенные назад (сзади?) узкими светлыми полосами…
Должно быть, кто-то из этих видел все.
Если выхватить приставку и побежать - догонят.
Тебе что, мало?
Болтаясь, как щенок, в хватке Кейты, чувствую, как..
Нос сморщен, как у рычащей собаки.

2011-10-16 в 22:34 

Кайрос
Шустрый зверёк Рагнарёк
...и одновременно текучим, как вода.
...окутывавшее меня сокровенное, хрупкое чувство, рассеивается, возвращая реальный мир.
Их (сюда надо существительное - банда, например, а то голоса тетрадей и книг получаются) голоса доносятся до нас,..
Затем, как по команде, одновременно срываемся с места,..
Он дома проверит, все ли с ней в порядке.
Должно быть, мне просто показалось.
Должно быть, всплеск был настолько велик,..
Вот как, - он явно (Рицка же не видит, но чувствует) улыбается, - что ж, я рад.
На улице, как назло, ни одного прохожего.
Она склоняет голову набок, в...
Словно ужаленный, разворачиваюсь, отскакивая в сторону, и тут ...
Чувствую, как веки наливаются сонной одурью.
- что ж, придется тебе помочь, раз ты такой неумеха.
...разъезжаясь, как кусок мокрого картона.
Похоже, Соби все-таки услышал меня,..
И похоже, успешно.
Я лежу на боку, скорчившись, словно зародыш.
...и через мгновение я понимаю, почему.
Разлепляю веки, осторожно и едва заметно поводя...
Тогда, возможно, мне лучше не выдавать себя сейчас?

2011-10-18 в 16:40 

Кайрос
Шустрый зверёк Рагнарёк
Или наоборот - дать им понять, что я в сознании, и попытаться поговорить с ними.
Похоже, это окно.
Стильное светлое полупальто с высоким воротником свободно перехвачено...
Сапоги с низкими каблуками заправлены в темные брюки. (не наоборот? обычно вроде брюки в сапоги...)
...оттененные длинной, падающей на одну сторону, челкой.
Глубокий, бархатистый, с вкрадчивыми, почти мурлыкающими интонациями.
...он склоняет голову набок.
Собственноручно свернул бы тебе шею - как котенку.
Этот взгляд, полный томной, холодной ненависти, я проваливаюсь в него, как в бездонный колодец.
Он наблюдает за моими метаниями - и по губам его вдруг начинает струиться нехорошая игривая улыбка.
Может, мне его исправить?
Пытаюсь отодвинуться от него, и, конечно, у меня ничего не выходит. Я просто беспомощно трепыхаюсь на полу - как рыба, пойманная в сеть.
К тому же, они оказались просто слабаками, ничего серьезного.
Наверное, он и правда мог бы свернуть мне шею,..
Холодный бетон обжигающим пятном замораживает висок.
...здесь должен быть хоть кто-то, кто охраняет ее.
Замолкаю, испугавшись собственного голоса.
...и я даже не замечал, насколько же здесь тихо.
...что со временем ты привыкаешь к этому, переставая замечать.

2011-10-18 в 17:25 

Кайрос
Шустрый зверёк Рагнарёк
Там, на покрытом трещинами цементе окна, проглядывают островки бурого...
А значит, сюда никто не придет.
Вокруг не останется ничего, кроме этой промозглой пустоты и мрака
Но может, удастся распутать узлы на ногах?
Теперь главное - не торопиться.
Стискиваю веки, ударяясь виском о холодный пол.
Где он там, этот чертов ножик? Надеюсь, не сильно далеко?
Теперь главное - не порезаться.
Если я сейчас хоть что-то вижу, то потом не останется нечего, кроме тускло выделяющегося...
Обводит погруженную в полумрак комнату лихорадочным взглядом - и тут замечает...
...вздрагиваю от стальных ноток, прозвучавших в его тоне
...чтобы тут же завернуть меня в него, как в одеяло.
...он где-то там, возле стены.

2011-10-18 в 17:52 

Кайрос
Шустрый зверёк Рагнарёк
Кажется, еще мгновение - и он встряхнет меня за плечи.
Да не за что. Отвожу глаза.
Он что, запомнил дорогу, пока бежал ко мне?
Не слышно ничего, кроме шума деревьев и шуршания прошлогодней листвы...
Темные стволы, неожиданно возникая то слева, то справа,..
И не поймешь ведь, определение это или красивый речевой оборот.

2011-10-19 в 12:06 

Кайрос
Шустрый зверёк Рагнарёк
Давно, словно в прошлой жизни. Тогда водоворот из желтой осенней листвы...
И ветер тогда закручивался вокруг такой же спиралью, и листья, сплетаясь в единый кокон, трепетали так же, как сейчас.
Как же это иногда нелегко - поступать так.
...он немного печально усмехается, - хорошо, Рицка.
Губы, скользнув по щеке, замирают где-то возле уха.

2011-10-19 в 12:12 

Кайрос
Шустрый зверёк Рагнарёк
***
Присев на подоконник, Нисей с легкой саркастичной улыбкой наблюдает, как Агатсума,..
Для того, чтобы ощутить мое присутствие, если я того не желаю, нужно быть таким же сильным, как я».
К тому же есть риск наткнуться там на Соби.
И может быть, даже довольно скоро.

   

главная